Настоящим ужасом на минувшем «Сандэнсе» была не легендарная полуночная секция хорроров, а очереди на показы. Из-за ажиотажа (фестиваль в последний раз проходил в штате Юта) в курортный городок Парк-Сити приехало слишком много гостей, и наши журналистские планы затрещали по швам. Но святым, то есть фильмами ужасов, жертвовать не пришлось. Специально для «Афиши Daily» Егор Москвитин расставил их от худшего к лучшему (это тоже святое).
5. «Ночная сиделка» («Night Nurse»)
«Ночной портье» для самых маленьких: сомнительный эротический триллер про молодую и прекрасную сиделку, которая отчего-то подчиняется фантазиям властного и порочного старика. Этот персонаж — волк в овечьей шкуре, внедрившийся в дом престарелых, чтобы грабить уязвимых сверстников. Схема преступления заключается в том, что мужчина заставляет медсестер звонить страдающим от деменции пациентам и притворяться попавшими в беду внучками. Напуганные дедушки (бабушек мошенники почему-то не трогают) тут же переводят все свои сбережения воображаемому адвокату. Несносный дед и его юные любовницы чувствуют себя настолько безнаказанно, что разъезжают по территории дома престарелых на новеньком кабриолете, открыто живут полиаморной триадой и устраивают массовые вечеринки с интересными капельницами для остальных медсестер.
Полнометражный дебют Джорджии Бернстайн вызывает понимание и даже может понравиться — но ровно до тех пор, пока к нему относишься как к комедии, которая высмеивает БДСМ-тропы из эротических мелодрам и бунтует против патриархальных фантазий. Однако довольно быстро становится ясно, что фильм серьезен как инфаркт, а молодая постановщица сознательно бросает вызов Содербергу с его «Девушкой по вызову» и Кроненбергу с его «Автокатастрофой». После этого остается только восхищаться самоуверенностью нынешней молодежи, недоумевать, зачем фильм эстетизирует такие нездоровые отношения, радоваться за оператора Лидию Никонову, переживать за актрису Джемре Паксой и ждать, когда же эта ночная смена наконец завершится.
4. «Мама, я беременна от инопланетянина» («Mum, I’m Alien Pregnant»)
Комедийный новозеландский боди-хоррор про межпланетный секс и экстремальное родовспоможение. Режиссеры — два парня-фрика под псевдонимом Thunderlips, которые решили засвидетельствовать свою приверженность лозунгу «Ее тело — ее дело» очень странным образом. 30-летняя героиня живет с мамой (которая не уважает личных границ и предлагает дочери спать вместе, причем голышом), балдеет от порно с тентаклями и вляпывается (в прямом смысле) в историю с соседским парнем, который тоже живет с гиперопекающей мамой и хранит страшную тайну: между ног у него — те самые тентакли. Незащищенный контакт с волшебными щупальцами приводит к стремительной беременности и эксцентричным родам. Будьте готовы к кесареву сечению с помощью диска для резки пиццы, бюджетной графике в духе древних комедий про инопланетян и всевозможным выделениям!
Увы, в этом прогрессивном сценарии про ужасы родов слишком много воды — и, когда она отойдет, станет ясно, что лучше бы фильм был социально ответственной короткометражкой.
3. «Рок-Спрингс» («Rock Springs»)
Три поколения женщин из одной иммигрантской семьи — асоциальная китайская бабушка, ее американизированная невестка-вьетнамка и очаровательная внучка — снимают коттедж близ города Рок-Спрингс в штате Вайоминг. Цель отшельничества — справиться с горем: девочка недавно потеряла отца, женщина — мужа, а старушка — сына. Его призрак, само собой, преследует героинь, вместе с духами десятков китайцев, погибших в этих краях в XIX веке.
Режиссер и продюсер Вера Миао — американка, семья которой происходит из Тайваня. Тема конфликта этнической идентичности и наднациональной общности ключевая в ее творчестве. Этот сюжет легко проследить и в сериале «Экспаты», и в снятом Миао сегменте из телевизионного альманаха ужасов «Страшные истории в двух предложениях». У него, кстати, была выдающаяся концепция: авторы подсмотрели на Reddit топик с городскими страшилками, состоящими из двух предложений, и решили превратить самые выдающиеся из них в короткометражки. Получился сборник неврозов современного общества, уделивший много внимания расовым проблемам — и особенно травмам и ужасам американцев азиатского происхождения.
«Рок-Спрингс» идет дальше и смешивает трагедию отдельной семьи с одним из самых шокирующих преступлений в истории США, совершенных на почве расовой ненависти. Лучше не открывайте «Википедию» до тех пор, пока не посмотрите фильм, но знайте, что у живущих в Америке китайцев теперь есть не только трогательная «Первая корова» и магические «Сны поездов», но и собственная «Ведьма из Блэр».
2. «Левит» («Leviticus»)
Австралийский хоррор про подростков, который сложно описать, не нарушив какого-нибудь российского закона, — осторожно скажем, что это как если бы сериал «Жаркое соперничество» был фильмом ужасов. Жители маленького религиозного городка собираются в церкви и принимают коллективное решение изгнать демонов из двух школьников. Подростки сперва хихикают над обрядом экзорцизма, а потом с ужасом понимают, что он работает. Теперь они регулярно видят двойников друг друга — и эти двойники пытаются их убить. Механика фильма Адриана Кьяреллы гениально проста: тот, к кому тебя больше всего тянет, на самом деле представляет для тебя смертельную опасность. Отличить злого доппельгангера от настоящего человека невозможно, но они, как Бэтмен и Брюс Уэйн, никогда не появляются вместе, так что «Левит» — это не только драма про запретную любовь, но и универсальная трагедия про доверие в отношениях на основе мифа про Орфея и Эвридику. Героям, чтобы выжить в кошмаре и спасти свои чувства, нужно научиться в прямом смысле не отворачиваться друг от друга.
Еще «Левит» в первую очередь пронзительно грустная мелодрама вроде «Назови меня своим именем», а уже потом адреналиновый ужастик вроде «Два, три, демон, приди!». Вместе с тем нищая австралийская глубинка, враждебная фауна красного материка, низкая южная ночь, агрессивные деревенские суеверия, бледная Миа Васиковска в роли матери-одиночки и внезапные вспышки насилия — это и правда та атрибутика, которая делает фильм по-настоящему страшным. После него хочется раздать всем братьям Хемсворт российские паспорта, потому что, как они живут посреди этого кошмара, неясно.
1. «Полутон» («The Undertone»)
Канадский хоррор-дебют с невероятной судьбой, которую будут пересказывать в киношколах — и из-за которой сотни начинающих хоррормейкеров поверят в сказки про быстрый успех. После прошлогодней премьеры на фестивале Fantasia в Монреале фильм купила студия А24, а режиссера Иэна Туасона пригласили работать над новой частью «Паранормального явления». Американская премьера состоялась на «Сандэнсе» в секции Midnight, которая обычно гордится правом первой полуночи и неохотно берет что-то с других фестивалей.
Но «Полутон» стоит компромиссов: это невероятно функциональный и эффективный ужастик, которому удается сочетать достоинства «возвышенных хорроров» (неожиданные актерские подвиги, изобретательные режиссерские приемы, пресловутую проработку травм, повышенную социальную бдительность) с простотой развлекательных страшилок. Одинокая девушка ухаживает за прикованной к постели мамой — и уже от дыхания женщины веет ужасом. По вечерам героиня надевает плотные наушники, чтобы записывать с другом подкаст — и от ее уязвимости перед светящимся экраном ноутбука становится не по себе.
В отличие от изощренной «Ловушки для кролика», которая год назад на том же «Сандэнсе» застолбила за собой звание главного ASMR-хоррора на свете (а сейчас наконец-то выходит в российский прокат), «Полутон» не стесняется жанровых банальностей. В ход пойдут демоны, которые охотятся на беременных женщин. Детские песенки, из которых вычленяются кошмарные смыслы. Ночной бред, который нужно слушать задом наперед. Отражения в зеркалах. Мерцающие на заднем плане призраки. Страшные сны. Падающие со стен распятия и звенящие в самый неподходящий момент микроволновки. Героиня талантливой актрисы Нины Кири всегда будет одна в темноте, а значит, никто не придет на помощь не только к ней, но и к нам. То есть сценарий щедро удобрен всеми теми приемами, от которых фестивальные хорроры воротили нос последние лет десять.
Прелесть «Полутона» в том, что этот фильм не стесняется быть банальным — и благодаря этому пугает не только сильно, но и постоянно. У здешнего подкаста есть замечательный слоган: «Бояться надо не звука, а тишины». Обычно от ASMR-хорроров ждешь, что редкие сцены без звука будут разрядкой между шоковой терапией, глотками воздуха между удушающими погружениями на дно страха. Но в «Полутоне» все наоборот: как только здесь наступает тишина, становится совсем жутко. При этом постоянные пытки током не мешают фильму оставаться ясной человеческой драмой. Девушка оказалась один на один с кошмаром любого ребенка — медленным умиранием родителя. Любой зритель может представить себя на ее месте — и испытать ужас без всяких демонов и подкастов.
Эксцентричный хоррор про детское телешоу, которое пошло не так. Плюшевый единорог Бадди из лучшего друга детей превращается в серийного убийцу, а декорации солнечной телепередачи — в место преступления. В конфликте между игрушками и мелюзгой участвуют видные актеры Майкл Шеннон и Паттон Освальт, а также прекрасная Кристин Милиоти, ставшая таким же символом сладостной инфантильности, как Вайнона Райдер когда-то.
Режиссер фильма — веселый фрик Каспер Келли, соавтор хоррор-альманаха «З/Л/О: Хэллоуин» и постановщик абсурдной страшилки «Святочное полено» для телеканала Adult Swim. Звучит как кино мечты, но попавшие на «Бадди» критики (тут надо заметить, что ради этого они стояли на морозе больше двух часов, так что у них было время наточить зубы) пишут, что получилась сумбурная ерунда. Если верить The Guardian, фильм скорее противный, чем страшный: к примеру, в нем приходится мириться со сценами, где плюшевый единорог пристает к медсестре на глазах у детей. А критик Variety то и дело смотрел на часы, потому что весь фильм строится на одной и той же шутке про сумасшедшего маскота с топором.
Зато «Бадди» напомнил, что прямо сейчас на студии А24 работают над фильмом «Барни» — и это, возможно, новая «Барби». Экранизацией жития пурпурного динозаврика Барни, придуманного корпорацией игрушек Mattel, занимаются две афроамериканские звезды: продюсер и актер Дэниел Калуя из «Прочь» и «Нет», а сценарист, режиссер и возможная исполнительница главной роли — Айо Эдебири, сыгравшая в прошлогоднем «Опусе» и снявшая часть «Медведя». В Mattel и А24 говорят, что считают основной аудиторией «Барни» миллениалов, а фильм будет равняться на сюрреализм «Адаптации» и «Быть Джоном Малковичем». То есть стоит ждать абсурдный хоррор про то, куда уходит детство. Или про то, что оно не уходит. Именно история про это, если верить рецензиям, не получилась у «Бадди».
Австралийско-американская постановщица Натали Эрика Джеймс в 2020 году напугала «Сандэнс» хоррором «Реликвия», в котором три поколения женщин одной семьи сражались не только с потусторонними силами, но и с бабушкиной деменцией. Этот блестящий фильм несколько затерялся в тени показанного там же и тогда же «Отца» с Энтони Хопкинсом, зато чуткая дебютантка получила заказ снять большой студийный ужастик — «Квартира 7А» с Джулией Гарнер, приквел «Ребенка Розмари». Получилось пресно, и Джеймс вернулась к тому, с чего начинала, — независимому кино, где иррациональное зло ассистирует рациональным страхам. А съемки провела в «месте силы» — Австралии, которая постепенно превращается в столицу жанра.
«Сахарин» — это страшилка про «Оземпик». Героиня решает очень быстро похудеть, идет на отчаянный эксперимент и оказывается внутри боди-хоррора. Но там, где «Субстанция» веселит и развлекает, фильм Джеймс беспощадно окунает зрителя в желудочный сок — и заставляет перевариваться вместе со всем мусором, который мы привыкли в себя кидать. Пишут, что фильм неплохо работает как напоминание о том, что к своему телу надо относиться бережно, а к себе нежно, но в плане эмоций и драматургии сильно уступает «Реликвии». Может быть, и хорошо, что его не удалось посмотреть: «Сандэнс» — последнее в мире место, где у журналистов получается правильно питаться.