— А вы какое именно издание?
— У «Афиши» одно издание — «Афиша Daily».
— А журнал сейчас уже не выходит?
— Журнал не выходит с 2016 года.
— Увы, я старый пердун отсталый…
Владимир уходит, чтобы забрать свой заказ — большой капучино и сэндвич. Перед этим в «Старбакс», в котором мы встречались, забежал неизвестный и украл две упаковки зернового кофе. Догнать злоумышленника не смогли.
— Извините, внимательно слушаю. Извините, я просто с пяти утра сегодня работаю. У нас ушел ведущий Илья Казаков в отпуск, другой ведущий в командировке, а больше некому.
— Некому вести?
— Да, отдел небольшой, поэтому я читаю спортивные новости.
— Перед нашей встречей я открыл ваш твиттер, где-то в шесть утра вы написали следующее (см. твит ниже. — Прим. ред.). По чему вы скучаете больше всего?
— Я по болельщикам.
— Кто больше всех запомнился?
— Мне мексиканцы. Я же на «Спортивной» живу, они выиграли как раз у немцев — мы со старшей дочерью домой возвращались. Вышли на платформу, а там такое! А я их как-то особо… Ну аргентинцев я насмотрелся, а с мексиканцами до чемпионата мира не пересекался масштабно.
— Вам удалось погулять по городу?
— Да, мы ездили с Катей на Никольскую.
— Заметили какие-то изменения?
— Приятно, что было как-то дружелюбно, гостеприимно. Милиционеры себя очень деликатно вели. В целом понравилось.
— Вы наверняка общались с иностранными коллегами. Что они отмечали?
— Мне кажется, любому человеку в здравом рассудке должно было все очень понравиться. Да, безусловно, какие-то мелочи всегда проскальзывают, потому что люди организовывают [турнир], не машины. Но коллеги и болельщики, с которыми я разговаривал, в один голос говорили, что все хорошо.
Тут надо понимать, что многие не представляли себе, куда едут. Особенно это касалось… У меня просто есть друзья в других странах. Например, уругвайцы очень смутно представляли себе, что такое Россия, поэтому просто побаивались. Англичане полгода читали, что их здесь медведи съедят с балалайками, поэтому опять-таки были приятно удивлены. Отличный чемпионат мира!
На самом деле, сейчас почему-то [говорят] «лучший в истории» или «не лучший в истории». Как можно сказать «лучший в истории», если ты не посетил все чемпионаты мира с 1930 года? Да и какая разница?!
У меня это был четвертый чемпионат мира. По организации мне, конечно, больше всех понравился немецкий, но немцы есть немцы. А по атмосфере — бразильский.
— Первый, ВГТРК и «Матч» — кто выиграл и есть ли вообще победители?
— Все победители, но два полуфинала, финал и самую большую победу сборной России показали мы (во время ЧМ-2018 Стогниенко работал комментатором на телеканале «Россия-1», входящем в ВГТРК. — Прим. ред.).
— Давайте здесь остановимся. Заканчивается матч России против Египта, вы завершаете репортаж и включаете в эфире группу «Ленинград». Это было спланировано?
— Нет. Я с собой всегда в командировки колоночку вожу маленькую, потому что люблю в гостинице музыку включить погромче. И она плюс умеет работать как подзарядка для батареи. И поэтому я взял ее с собой на матч — она же маленькая. В перерыве я подумал, что ну как-то, знаете, можно похулиганить.
— Были какие-то комментарии?
— Со стороны Сергея Шнурова? Нет (в своем инстаграме музыкант опубликовал кусочек трансляции, сопроводив его хештегом «#тыпростоКосмосСтас». — Прим. ред.).
— Со стороны вышестоящих?
— К счастью, тоже нет. Ну дали бы по шапке — я бы больше так никогда не делал. Но я, честно говоря, не первый раз так пробую. Мне вообще кажется, что спортивный репортаж будет двигаться в сторону интертеймента. Условно: забил гол, нажал комментатор кнопку — какой-нибудь нарисованный салют полетел; или «ду-ду-ду!» — чего-нибудь такое, фанфары заиграли. Потому что все к этому и двигается — к таким мультимедийным эффектам.
Я в свое время «Чайф» ставил на матче. Конечно, чисто теоретически могут возникнуть вопросы у исполнителей, но Сергею Шнурову понравилось, группа «Чайф» приглашала меня потом на концерты. Главное не злоупотреблять, а если редко, то можно.
— Перед турниром все нелестно отзывались о сборной России.
— И я тоже.
— И вы. После чемпионата все кардинально изменилось. Нет ощущения, что спортивная журналистика — это в большинстве не про анализ, а про эмоции, чувства и какую-то рефлексию?
— В данном случае не могу за всех отвечать. Да и я, наверное, не совсем журналист. Лично я сдерживался, пытался найти какие-то нотки позитива, но начал отзываться скептически в самом конце подготовительного этапа, когда уже не видел эти нотки совсем.
При этом я никогда не призывал к отставке Станислава Черчесова. И когда [из сборной] ушел [Леонид] Слуцкий, я даже говорил в каком-то из интервью, что Черчесов — одна из вероятных кандидатур [на пост главного тренера]. Я просто пытался разглядеть что-то, чтобы преисполниться оптимизмом, но у меня не получалось.
Я думаю, что было очень мало людей, кто верил в успех. Кто-то в таком случае использует понятие «переобуться», но в моем понимании «переобуться» — это когда ты вчера пишешь гадости, а сегодня делаешь вид, что ничего этого не было, или говоришь «ну а че такого» и восхваляешь. Ну а если ты говоришь: «Да, я был неправ, я ошибся. Я неправильно понял, я ничего не понял в этом процессе» — мне кажется, это нормально.
— После турнира вам не кажется, что Черчесов — идеальный тренер для сборной России?
— Черчесов был идеальным тренером для сборной России на домашнем чемпионате мира. Перед ним поставили задачу — достигнуть определенных целей. Он все здорово подготовил и в прекрасном ключе достиг этого. Вот что будет дальше — не знаю, посмотрим. Хочется верить.
— Кажется, что комментировать сольно в 2018 году уже странно, но вы тем не менее продолжаете это делать…
— А кто сказал, что это странно?
— Я думаю, что это общее мнение. Все просто привыкли к двум комментаторам и к аналитику на бровке, что позволяет посмотреть на игру с разных ракурсов.
— Только потому что на единственном спортивном канале так комментируют в обязательном порядке? Вы просто поймите: какая цель, чтобы было два комментатора? Цель одна — чтобы был человек, который привносил что-то, чего не хватает журналисту. Привносить что-то может эксперт высокого уровня.
Я никогда не чурался репортажей вдвоем. Комментировал с Андреем Талалаевым — нас до сих пор благодарят за эти репортажи, — с Димой Градиленко, с иностранцем Гало Фернандесом, с девушкой — причем это была моя инициатива, я убеждал начальство — Вероникой Гибадиевой. Это вообще был первый подобный опыт на нашем телевидении. Я комментировал с любителями, с Андреем Лаврентьевым. Все эти люди могли привнести в репортаж что-то, чего не было у меня. Пара журналист — эксперт должна быть сработана. Мы с Андреем Талалаевым и Димой Градиленко комментировали годами. Если бы была возможность, чтобы Леонид Викторович Слуцкий у нас поработал, я бы с ним с удовольствием попробовал бы. Но два комментатора… А давайте просто посадим двух комментаторов! Посадим туда двух журналистов, и пусть они вдвоем делают то, что может делать один человек! Должен быть смысл — я этого смысла не вижу. Я это говорил, когда еще «Матч ТВ» только появился.
У нас была встреча с Чарльзом КоплиномАмериканский менеджер, работавший на «Матч ТВ» с июля 2015 года по февраль 2016-го. До этого был вице-президентом НХЛ и НФЛ, работал на MTV и ESPN. Получил «Эмми» за серию документальных фильмов «Americaʼs Game». , который… Довольно странная была ситуация с его появлением и уходом с канала. Я так и не понял, что там произошло. У нас была с ним встреча, он очень интересный мужик, невероятный профессионал, всегда готов обсуждать работу. Мы с ним на эту тему дискутировали: я ему это объяснял, а он мне: «Ну вот в НХЛ же [так все устроено]». И я ему сказал: «Чарльз, ну вы мне показываете на пару, где один из двоих — это Эд ОльчикАмериканский хоккеист, провел в НХЛ 16 сезонов. В составе «Рейнджерс» стал обладателем Кубка Стэнли-1994. Всего на его счету 794 (342+452) очка в 1031 игре. Сейчас Ольчик работает спортивным аналитиком.». Эда Ольчика я помню еще по игре в НХЛ — у него там сезонов 12 [было]. У нас нет таких экспертов. Если такие эксперты будут — отлично. А [у нас] сажают несработанные пары: сегодня — одного со вторым, завтра — другого с третьим. Я просто не понимаю, какой в этом смысл. Чтобы устроить соревнование, кто громче крикнет? В чем смысл?
— Я для себя решил, что прямо сейчас «Матч ТВ» — больше про шоу, эмоции и крики, чем про спорт. Что нужно сделать, чтобы все изменилось?
— Не знаю. Вы меня призываете учить [жизни] коллег с «Матча»?
— Нет, ни в коем случае не призываю. Может быть, у вас есть какая-то своя…?
— Нету! У меня было предложение не трогать канал «Россия-2», но раз уж его закрыли и вместо него открылся «Матч ТВ» — [значит] им виднее, как работать. Увы, к сожалению.
— В ноябре 2017-го вы сказали, что были бы счастливы, если бы «Матч» не появился вообще.
— Да нет, тут просто какой-то засранец в Уфе выдернул из контекста. Нас пригласили на встречу со студентами — организовали же Ассоциацию российских комментаторов. Был я, Виктор Михайлович [Гусев], Алексей Ефимов и Геннадий Сергеевич [Орлов]. И задали мне вопрос, буквально такой: «Владимир, вот почему ВГТРК не показывает лыжи? Почему у вас нет спорта?» На что я сказал: «Ребята, у нас был спорт — одиннадцать лет я работал на канале. Я был бы счастлив, если бы «Матч ТВ» не было, а были бы мы. <…> То есть здесь речь не о «Матче». Я был бы счастлив, если бы мы продолжали работать на Шаболовке. И дальше было такое продолжение: «Раз уж так случилось, то что ж поделаешь».
С Билан я вообще давно не общался, не было случая. И когда я уходил, мы тоже не обсуждали мой уход, потому что она не была моим непосредственным начальником. С Тиной я сейчас нахожусь не то чтобы в каких-то отношениях, но по одно