Павел Третьяков придумал музей, когда ему не было еще и тридцати
Третьяковская галерея — детище конкретного человека. Проходя мимо главного здания музея в Лаврушинском переулке, на его фасаде можно заметить надпись с именами братьев Павла и Сергея Третьяковых. Оба были крупными коллекционерами искусства, но все же главное действующее лицо в истории галереи — Павел.
Третьяковы родились в Замоскворечье в Бабьем городке. Сейчас мы воспринимаем этот район как центр Москвы, но в 1830-е он считался задворками города. Дом сохранился, в родовом гнезде теперь работает Музей Павла и Сергея Третьяковых. По размеру особняка понятно, что семья жила в достатке, но назвать Третьяковых богатыми людьми, тем более миллионерами, было бы неправильно.
Подростками братья начали работать в семейном бизнесе, а после смерти отца в 1850-м Павел и Сергей продолжили дело, возглавив его по достижении совершеннолетия. Третьяковы многократно приумножили полученное наследство — они построили Новую Костромскую льняную мануфактуру, владели магазином в районе Ильинки и скоро превратились в крупных предпринимателей.
«В двадцать семь лет перед первой поездкой за границу Павел Третьяков написал первое духовное завещание. Тогда было принято составлять подобные документы перед длительными поездками. Это волеизъявление еще очень молодого и развитого человека. Он пишет о том, что в случае непредвиденных обстоятельств на деньги, им самим заработанные, хотел бы создать музей, который принес бы „многим пользу и всем удовольствие“.
Павел Михайлович до деталей расписал порядок работы музея: как будет формироваться коллекция, кто и как будет им руководить, кто и какую будет получать зарплату и так далее. Разумеется, не все планы реализовались при его жизни. Кроме того, менялись представления самого Третьякова о работе музея, корректировалась его стратегия коллекционера, вместе с тем многое он придумал уже в самом начале пути».
Галерея сразу создавалась для всех, а не для одного человека
В XXI веке мы бы назвали Павла Третьякова успешным предпринимателем, занятым коллекционированием современного искусства. Но надо также понимать, что он был человеком своего времени: становление Третьякова пришлось на так называемую эпоху великих реформ. В начале своего правления Александр II отменил крепостное право, сильно ослабил цензуру — в воздухе носились идеи свободы, гласности. Развитие личной инициативы вышло на первый план: жизнь в стране кардинально менялась, и многие люди поверили в то, что должны приносить пользу обществу. Третьяков не был исключением. Он активно вкладывался в благотворительность, в том числе поддерживал училище для глухонемых детей.
К коллекционированию предметов искусства Третьяков сразу отнесся как к важному проекту на благо общества. Меценат даже порой мог приобрести картину, которая не нравилась лично ему, но отражала важный этап в развитии живописи. Татьяна Юденкова также обращает внимание на то, что большую часть своего дохода Третьяков тратил именно на приобретение произведений искусства.
Третьяковская галерея бесконечно перестраивалась
В середине XIX века семья Третьяковых переехала в особняк в Лаврушинском переулке. Когда Павел Третьяков только приступил к собиранию предметов искусства, коллекция занимала лишь несколько комнат в его доме.
В 1872–1874 годах к особняку пристроили двухэтажную галерею со стеклянной крышей. «На первом этаже у Третьякова располагались произведения искусства XVIII и первой половины XIX века, а на втором — современное искусство (1850–1870-е годы XIX века). Он продолжил пополнять галерею. К началу 1880-х годов зал второго этажа включал в том числе масштабное „Утро стрелецкой казни“ Сурикова», — говорит Татьяна Юденкова.
Не прошло и десяти лет с момента первой пристройки, как Третьякову потребовались новые залы — в 1882-м площади расширили за счет сада. Три года спустя появилась еще одна пристройка, а в 1892-м — очередная.
Традиция постоянного обновления, начатая при Третьякове, продолжалась и после его смерти и в каком-то смысле не прекратилась по сей день. Уже при советской власти в 1930-е музей расширился новым корпусом.
Последняя большая реконструкция пришлась на середину 1980-х и начало 1990-х. Историческое здание галереи не принимало посетителей целых десять лет. Все постройки тогда полностью отремонтировали, кроме того, перекрыли существовавший внутренний двор. Тогда же были введены в действие новые залы, где сейчас висят полотна Карла Брюллова, Александра Иванова, Ивана Крамского и Михаила Врубеля. В 1995 году открытие обновленной галереи вызвало невероятный ажиотаж: в музей пытались попасть буквально все москвичи и гости столицы. К слову, автор этого текста, несмотря на совсем еще нежный возраст, была среди них.
Что же касается знаменитого фасада в неорусском стиле, то Павел Третьяков его никогда не видел. После смерти коллекционера совет Третьяковской галереи, управляющий музеем, заказал его проект Виктору Васнецову. Работы были закончены в 1904 году, и здание приобрело современный вид.
Сегодня Третьяковская галерея продолжает расширяться, в том числе за счет новых корпусов и филиалов. Например, не так давно в Москве открылось здание на Кадашевской набережной. Свои филиалы у Третьяковской галереи есть в Самаре, Калининграде. Еще один скоро появится во Владивостоке. Традиция к экспансии сохраняется.
Раньше в Третьяковской галерее показывали не только русских художников
Младший брат и деловой партнер Павла Третьякова Сергей также активно покупал произведения искусства. Но в отличие от собрания старшего брата ядром его коллекции были работы европейских художников, в первую очередь французов.
Среди прочих Сергей приобрел картины мастера классицизма Жака-Луи Давида, романтиков Эжена Делакруа и Теодора Жерико, видных представителей барбизонской школы Камиля Коро и Шарля-Франсуа Добиньи.
«Для экспонирования собрания Сергея Павел Третьяков специально пристроил зал во внутреннем дворе. Он выделял эту коллекцию, потому что она была посвящена европейскому искусству. В 1925 году коллекция Сергея ушла в Музей изящных искусств на Волхонке, а потом частично была передана в Музей нового западного искусства, организованный в бывшем особняке Ивана Морозова. А когда его расформировали, работы отправили в другие крупные музеи страны, большая часть поступила в ГМИИ и Эрмитаж.
Прямо сейчас эрмитажные картины из наследия Сергея Третьякова можно увидеть в Москве. Впервые с 1948 года они «гостят» в Третьяковской галерее и выставляются в музее братьев-коллекционеров в Голутвинском переулке.
В Третьяковской галерее находились запрещенные полотна
Некоторые картины, которые у современного посетителя Третьяковской галереи не вызывают особых вопросов, в XIX веке шокировали публику и даже запрещались к экспонированию. В коллекции Павла Третьякова были три произведения, попавших под цензуру.
Василий Перов «Сельский крестный ход на Пасхе»
Коллекционер приобрел картину непосредственно у автора, но Перов очень хотел отправить ее на выставку Общества поощрения художников в Петербург, и Третьяков не стал возражать. Изображенное возмутило консервативно настроенную публику и церковные власти — вышло официально предписание убрать полотно из экспозиции в 24 часа.
«„Сельский крестный ход на Пасхе“ вернулась к владельцу в московский особняк в Лаврушинском переулке. Прошло двадцать лет, и в 1881-м, когда уже заработал общедоступный музей, Павел Михайлович работу Перова экспонировал. Никакой реакции не последовало — возможно, власти просто не обратили внимания на эту ситуацию. Официальный запрет на публикацию картины в печати сняли только в 1905 году».
Илья Репин «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года»
Сегодня эту картину знает едва ли не каждый житель страны. Правда, в народе закрепилось другое название — «Иван Грозный убивает собственного сына».
Репин писал полотно целых четыре года, после чего пригласил друзей в мастерскую посмотреть результат долгой работы. В их числе был и Третьяков, который решил приобрести «Ивана Грозного…». Затем полотно было представлено на передвижной выставке.
«Это была единственная передвижная выставка, которая за месяц собрала такое количество людей, о котором и сегодня многие наши музеи могут лишь мечтать, — сорок три тысячи человек. Народ так валил на выставку, что в какой-то момент снесли билетную кассу. Как писала пресса, дамы падали в обморок у этой картины.
Все это происходило в Петербурге, а когда передвижная выставка приехала в Москву, Третьяков получил предписание генерал-губернатора не показывать картину широкой публике. Будучи законопослушным человеком, он запер полотно в отдельной комнате в галерее. При этом повалили люди с требованием показать запрещенное полотно. Только через три месяца картину разрешили выставить».
Николай Ге «Что есть истина? (Христос и Пилат)»
Работа Николая Ге попала в коллекцию Третьяковки благодаря Льву Толстому. Картину на евангельский сюжет художник показал на передвижной выставке в Петербурге, но его подход к трактовке библейских событий вызвал недовольство Священного синода. Глава организации Константин Победоносцев говорил, что картина оскорбляет чувства верующих, а Александр III назвал ее отвратительной и потребовал запретить. Зато автор «Войны и мира» встал на сторону художника.
«Третьяков получил письмо от Толстого: „Как же вы приобретаете и собираете художественную галерею, а упустили такую жемчужину?“ Третьяков честно ответил, что в его коллекции есть работы Ге, которые он ценит, но конкретно „Христоса и Пилата“ не понимает, поэтому и не покупает. Толстой поделился каким-то собственный видением. После чего Павел Михайлович из уважения к писателю приобрел картину».
Многие из последующих работ Николая Ге попадали под цензуру, не выставлялись и хранились в мастерской художника. После смерти творца наследники попросили Третьякова принять в дар эти полотна. Коллекционер долго думал и согласился. Запрещенные полотна вывесили в галерее, но закрыли черной тканью — только так удалось обойти цензуру.
Павел Третьяков умер в своей галерее
Создатель главной галереи русского искусства не только жил, но и умер там же, где располагалось его детище. Великий коллекционер скончался 4 (16) декабря 1898 года в своем кабинете. Известны последние слова Третьякова, обращенные к родственникам: «Берегите галерею!»
«Считается, что Павел Михайлович Третьяков до сих пор является верным хранителем галереи, и я в это верю. Например, в галерее возникает какая-то сложная ситуация, и сотрудники могут обратиться: „Павел Михайлович, помоги!“ Не поверите, но помогает: все разрешается наилучшим образом для музея. Мы стараемся выполнять его последнее пожелание — храним и бережем галерею.
Все сотрудники Третьяковской галереи понимают, что это дело одного человека, которое живет уже 170 лет. И мы делаем все, чтобы его великое дело продолжалось и дальше».
