Плохого не посоветуют: авторы каналов о театре рекомендуют любимые спектакли в Москве

«Очень люблю вселенную Антона Федорова и Юрия Николаевича Погребничко, а „Ревизор“ — спектакль, где они частично пересеклись. Получился добротный сон при температуре тридцать девять или Гоголь на птичьем языке. „Шинель“ Федорова по Гоголю в Пространстве „Внутри“ так же прекрасна и безудержно смешна».

«Мои любимые спектакли Юрия Николаевича из всех увиденных самые цельные, очень плотные, сбивающие с ног, но при этом не засасывающие в бесконечную рефлексию. После них хоть и тяжело, но хочется жить».

«Арсений Мещеряков — открытие этого сезона. Арсений — режиссер со своим четким видением и полнейшим пониманием того, что он хочет получить в результате на сцене, а это редкость сегодня. „Мамлеев“ — идеальный спектакль для знакомства с его стилистикой, с манерой наполнения материала звуками. Это смешно, трогательно, неожиданно и очень круто музыкально».

«Спектакль-чудо, спектакль-путешествие, спектакль, который напоминает нам о том, какие мы хрупкие, ранимые, мечтающие, и сколько внутри нас любви, которая способна все менять и помогать жить эту жизнь».

«Обожаю спектакли Гончарова за отсутствие привычных театральных решений, каждая его работа — удивление, загадка и желание разгадать все отсылки. Самый любимый спектакль — „Женитьба“. Она получилась трогательная, но одновременно циничная, смешная и отлетевшая. Уверяю вас, что такой Агафьи вы еще не видели».

«Мой любимый эталонный спектакль Петра Юрьевича. В нем прекрасно все: адаптация и актуализация страшной истории, работа с камерами и пространством, динамика спектакля и, конечно же, актерская игра. Виктория Верберг гениальна».

«Хочу отметить один детский спектакль и, наверное, один из любимейщих. Это продолжение „Простодурсена“ в „Практике“. Жители приречной страны решают спасаться от бед театром, и это невозможно мило и смешно как детям, так и взрослым».

«Наше последнее самое яркое театральное впечатление и спектакль, который хочется пересматривать снова и снова. Можно сказать, что это остатки былой роскоши — фрагменты из золотого фонда постановок Дмитрия Крымова в исполнении его любимых артистов — Евгения Цыганова и Марии Смольниковой. Уникальный опыт взаимодействия с пространством, текстом и сценографией, когда спектакль рождается у тебя на глазах».

«Единственный в Москве и, честно говоря, наш любимый спектакль Андрея Могучего из всех увиденных. Взрослая сказка о любви, дружбе, спасении и вере по произведениям математика, писателя и режиссера Романа Михайлова. И, как всегда, потрясающая масштабная сценография».

«Настоящая шкатулка с сокровищами в любимом театре „Около“ в центр Москвы. Спектакли Саши Толстошевой — это очень тонкое и трогательное дополнение и продолжение постановок Юрия Погребричко (режиссера, основателя и худрука „Около“) и, на наш взгляд, „Сирано де Бержерак“ — самое точное тому подтверждение».

«Из всего репертуара хорошо известного в театральных кругах объединения „Озеро“ мы бы выделили именно этот спектакль Гоши Мнацаканова. Камерный, молодой, задорный театр — как глоток свежего воздуха».

«Уже какой год этот спектакль стабильно занимает лидирующее место в нашем личном топе. Невероятно трогательная история о жизни Сергея Образцова на фоне знаменательных исторических событий прошлого века. На сцене — Евгений Цыганов и куклы».

«Конечно, нельзя не добавить в этот список спектакли Юрия Бутусова. Последнее время нашему сердцу стал особенно близок именно „Король Лир“. Смотрели несколько раз и все разы не могли сдержать слез в финале».

«Совершенный по степени воздействия на психику и ЦНС спектакль, который можно пересматривать много-много раз и каждый — выделять что-то новое для себя. Собственно, так я и делал долгое время. Ведь, например, разрушающуюся дорическую колонну под самыми колосниками увидит не каждый зритель, а поймет ее значение еще меньше людей. Да и сложно с первого раза понять всю смысловую нагрузку „Бега“, ведь первое впечатление оглушающее. Во всех смыслах».

«Барабаны в ночи» в Театре имени Пушкина — это двадцать девять страниц не самой, на мой взгляд, удачной пьесы Бертольта Брехта, превращенные в три с половиной часа визуальной поэзии на сцене. Спектакль невероятной красоты при этом не лишен довольно четкого и злободневного нарратива: ты можешь не заниматься политикой, но политика будет заниматься тобой».

«Это возвращение легендарного спектакля, который, кажется, навсегда изменил театральный ландшафт этой страны. В спектакле играл сам Юрий Бутусов. Ну как играл? Как умел. Бунтарь Костя Треплев находил в режиссерском воплощении выход своей бунтарской сути. Юрий Бутусов поджигал старый театр и рвал его в клочья, рисовал баллончиком кардиограмму своего спектакля и прижигал ее прямо к сердцу. В новой версии после ухода из жизни мастера его заменит видеопроекция».

«Один из немногих спектаклей Дмитрия Крымова, оставшихся в России. Мы за последние восемь лет, что существует постановка, повзрослели и постарели, а девочка Маша, задающая простые, но такие сложные вопросы, — нет. В паре с Марией Смольниковой сейчас роль Тургенева исполняет Евгений Цыганов».

«Андрей Могучий пытается вскрыть всю суть русской души, а находит омут, в котором черти, иконы и 90-е. Сложное многослойное произведение для тех, кто не боится ни „Твин Пикса“, ни заглянуть внутрь себя. По моим ощущениям, именно этот спектакль стал первой частью исследования русской идентичности в негласной трилогии Андрея Могучего. Второй и третьей частями стали „Материнское сердце“ и „Холопы“ на сцене петербургского БДТ».

«Второй из оставшихся в Москве спектаклей Дмитрия Крымова. Постановку тоже можно смотреть бесчисленное количество раз и находить все новые интерпретации образа Анны Карениной. Как она сроднилась с Богоматерью или почему ее поглотила черная-черная материя? И в конце концов, зачем тут „Жизнь и судьба“ Василия Гройсмана? „Сережа“ дает возможность поразмышлять, а Мария Смолькольникова и Константин Хабенский — насладиться безупречной актерской игрой».

«Пожалуй, первый свеженький спектакль в числе моих любимых. Сразу три величины. Постановка Валерия Фокина по повести Льва Толстого с Евгением Мироновым в главной роли. На сцене, правда, окажутся сразу два Евгения Витальевича. И оба окажутся Иванами Ильичами Шредингерами — не то живыми, не то мертвыми. Рефлексия только что ушедшего из жизни героя, который очнулся у себя в гробу и увидел всех, кто его окружал, в новом свете».