В США две пары узнали, что врачи перепутали их эмбрионы при проведении процедуры экстракорпорального оплодотворения. В течение двух месяцев они воспитывали не своих биологических детей, рассказал The New Eork Times.
Дафна Кардинале и ее муж Александр в 2019 году стали родителями девочки, которую назвали Мэй. Она была брюнеткой, не слишком-то похожей на своих маму и папу — рыжеволосую еврейку ашкенази и блондина-итальянца.
Пара периодически шутила, что в клинике совершили какую‑то ошибку, ведь их младшая дочь выглядела так, будто у нее есть азиатские корни. Однажды супруги решили проверить свою биологическую связь с Мэй.
ДНК-тест показал, что девочка на 99,9% не является родственницей ни своего отца, ни матери. После этого Кардинале обратились в больницу, чтобы выяснить, что случилось с их собственными эмбрионами и кто настоящие родители Мэй.
Вскоре пара узнала, что медики совершили ошибку. Дафне подсадили эмбрион женщины по имени Энни и ее мужа, живших всего в 10 минутах от дома Кардинале. Энни, как выяснилось, также недавно стала матерью девочки.
Дочь Энни (ее назвали Зои), как и Мэй, была совсем не похожа на родителей. Малышка родилась со светлыми волосами и голубыми глазами, что удивило ее мать-латиноамериканку и отца, имевшего азиатское происхождение.
В отличие от четы Кардинале, Энни и ее супруг не сомневались, что растят своего биологического ребенка. Они считали, что Зои просто унаследовала их рецессивные гены, поэтому новость о подмене эмбрионов стала для пары шоком.
Узнав о случившемся, Энни погрузилась в депрессию. К тому же у нее пропало молоко, из‑за чего она больше не могла кормить Зои грудью. Дафна и Александр тем временем переживали, что биологические родители заберут у них Мэй навсегда.
Когда пары встретились, Дафна крепко обняла Энни и спросила о ее состоянии. «Ужасно», — призналась та. Женщины и их мужья долго обсуждали сложившуюся ситуацию и плакали вместе.
Александр предложил поменять младенцев и воспитывать своих биологических детей. Эту идею поддержал и супруг Энни. Сама Энни же призналась, что не знала, как поступить, ведь она сильно привязалась к Зои за три месяца.
В результате пары договорились видеться каждый день в течение почти двух недель, чтобы Мэй и Зои могли привыкнуть к биологическим родителям. Во время этих встреч Дафна и Энни рассказывали друг друг о привычках и предпочтениях малышек.
Обеим семьям повезло, что они имели общее видение воспитания детей и находились в схожих финансовых обстоятельствах. Вскоре Мэй начали оставлять наедине с Энни и ее мужем на несколько часов. Зои в это время находилась с Дафной и Александром.
В первую ночь, которую девочки провели со своими биологическими родителями, Мэй без конца плакала. Зои перенесла разлуку с Энни легче, но Дафна невероятно скучала по Мэй. Тем не менее в тот же день пары договорились больше не перевозить детей из одного дома в другой и завершить обмен.
В феврале 2020 года суд официально закрепил за Энни статус суррогатной матери Зои, а за Дафной — статус суррогатной матери Мэй. Это, впрочем, не помогло семьям справиться с психологическими последствиями обмена. Дафна рыдала по ночам, тоскуя по Мэй, и часто злилась, Александр впервые столкнулся с паническими атаками, а Энни переживала, что привязалась к Зои больше, чем к Мэй.
Матери девочек пообещали друг другу, что сделают все возможное, чтобы уберечь своих старших детей от боли разлуки с сестрами. Дафна и Александр воспитывали пятилетнюю дочь Оливию, а у Энни и ее мужа был сын.
Со временем семьи по-настоящему подружились и стали встречаться все чаще. Во время пандемии они вовсе съехались. Сейчас Мэй и Зои уже по пять лет. Девочки отмечают праздники вместе, ходят в один детский сад и считают себя сестрами. Они пойдут в разные школы, но продолжат регулярно видеться на занятиях по балету.
Изначально Дафна и Александр планировали судиться с клиникой, допустившей подмену эмбрионов. Но в 2022 году они отозвали иск, не желая, чтобы их старшая дочь давала свидетельские показания.