В 2025 году Факультет социальных наук НИУ ВШЭ совместно со Всероссийским обществом глухих провел крупное исследование среди глухих и слабослышащих москвичей.
Комментируя его, кандидат социологических наук, доцент, заместитель руководителя департамента социологии НИУ ВШЭ Никита Большаков отметил, что больше всего респондентам не хватает компетентных медицинских специалистов, доступных массовых и культурных мероприятий, возможности обращаться в экстренные службы, юридической и профессиональной поддержки.
«Многие из этих запросов возникают как раз из-за того, что глухие и слабослышащие люди не всегда в полной мере могут получить доступ к информации и обратиться за помощью, – поясняет эксперт. – Жестовый язык достаточно медленно внедряется в сервисы; технологии перевода голоса в текст готовы использовать далеко не все; индукционные системы, позволяющие передавать звук напрямую в слуховой аппарат или кохлеарный имплант, зачастую выключены или неисправны, а то и вообще не установлены».
Все эти барьеры значительно снижают качество жизни глухих и слабослышащих людей. Кто-то опоздал на самолет, потому что не получил информацию о переносе гейта; кто-то привлек внимание полиции, потому что не услышал, как к нему обращались; кто-то не попал на мероприятие. И это еще в лучшем случае.
Некоторые барьеры могут создавать реальную угрозу жизни и безопасности человека. Например, когда он не получает информацию о своем здоровье, потому что врач отказывается писать текстом.
В последнее время усилился запрос на информирование в экстренных ситуациях, в том числе из-за перебоев с сетью и доступами к ключевым для людей с инвалидностью по слуху каналам связи. Большаков приводит цитату одной информантки: «Почему глухие (в случае ЧС) должны полагаться на слышащих? Будто все слышащие умеют не паниковать в экстренных ситуациях!» В этом плане технологические решения не только делают жизнь комфортной, но и безопасной.
Разрыв между «доступной средой» и реальностью
37-летний Александр Герасимов, старший редактор «Рамблер/технологии и тренды», родился слышащим ребенком, но в три года начал терять слух. В 1994 году ему уже пришлось надеть свой первый слуховой аппарат. Сейчас у мужчины четвертая степень потери слуха на оба уха, пограничная с глухотой.
Это приводит к различным сложностям в повседневной жизни. Александр вспоминает три наиболее частых ситуации.
Во-первых, незнакомые люди, например в магазине или на улице, обычно не знают, как разговаривать с человеком с инвалидностью по слуху. Потому начинают практически кричать, неестественно артикулировать и повторять одно и то же. «Это не помогает — напротив, может сильно усложнить общение», – комментирует Герасимов.
Во-вторых, возникают сложности с техническими средствами реабилитации. В последнее время снизился размер компенсации за покупку аппаратов, ухудшились уровень сервиса и выбор устройств. А в современном мире качественное слухопротезирование — залог успеха человека с нарушенным слухом.
«И наконец, разрыв между формально доступной средой и реальностью. Неработающее электронное табло в отделении почты. Объявление остановки через гнусавый микрофон без визуального дублирования. Постоянные попытки регистратуры в клинике дозвониться, чтобы напомнить о приеме», – продолжает перечислять Александр.
Гид-экскурсовод, контент-менеджер и профессиональная велоспортсменка Наталья Ярославкина, оглохшая в детстве после менингита и неверно подобранных антибиотиков, добавляет, что глухие и слабослышащие люди обо всем узнают медленнее остальных.
«Например, идет прямой эфир про [президента России Владимира] Путина, а мы получаем текстовую расшифровку через 10–30 минут или перевод на русский жестовый язык в специальных телеграм-каналах для глухих и слабослышащих людей. Не хватает субтитров», – приводит пример девушка.
Почему людям с инвалидностью по слуху все еще приходится звонить
Одним из главных барьеров для глухих и слабослышащих остаются звонки. Даже сегодня без них бывает сложно получить курьерскую доставку или провести переговоры с клиентом.
Дизайнер Ксения Легостаева, как и Наталья, потеряла слух в детстве после неправильно подобранного антибиотика. Только в ее пять лет родители Ксении заметили, что дочь плохо слышит и не откликается на свое имя. Тогда ей и поставили диагноз «нейросенсорная тугоухость»: левое ухо — 3–4-й степени, правое — полная глухота. Сейчас Ксения носит слуховой аппарат.
«Мне бывает трудно общаться из-за того, что по телефону я не всегда могу разобрать речь человека: то говорят тихо, то как будто каша во рту. Несколько раз меня не брали на работу, потому что я слабослышащая, — нужен был дизайнер, который созванивается с заказчиками», – рассказывает Ксения.
Общаться вживую в людных местах девушке тоже чаще всего тяжело — шум и голоса смешиваются. Иногда у собеседника может быть тихий или хриплый голос, или он слишком быстро говорит. «Однажды я не расслышала важную информацию, и на меня обиделись», — вспоминает Ксения.
Наталью Ярославкину также беспокоит то, что в некоторых сервисах нельзя общаться через сообщения. Например, написать курьеру доставки, в музей или в другие организации. Везде — звонки.
«Все эти барьеры влияют на качество жизни и вынуждают полагаться на слышащего человека. Я это не люблю, потому что считаю нарушением моих личных границ», — заключила Наталья.
Как технологии помогают слабослышащим и глухим общаться по телефону
Если некоторым слух позволяет разговаривать по телефону, то другим приходится обращаться за помощью к слышащим друзьям и родственникам или, в зависимости от ситуации, выбирать разные технологические решения.
Согласно исследованиям НИУ ВШЭ и Всероссийского общества глухих, колоссальным прорывом в доступности средств коммуникации стало появление видеосвязи — звонков и сообщений.
«Это актуально как для многих людей, использующих жестовый язык в качестве основного средства коммуникации, так и для тех, кому важно видеть артикуляцию (читать по губам) во время общения», — говорит Никита Большаков.
Александр Герасимов сам не отвечает на звонки и чаще всего полагается на текстовую коммуникацию. Он активно использует голосового ассистента — такие есть практически у всех операторов связи. Этот помощник фильтрует звонки, а при необходимости предоставляет расшифровку текста в приложении. Для разных задач могут пригодиться нейросетевая расшифровка аудиосообщений и автоматические субтитры, в том числе в видеоконференциях.
«Вообще, применение той или иной технологии — индивидуальная история для каждого человека с нарушенным слухом. Все сильно зависит как от степени потери слуха, так и от круга общения. Кому-то будет удобно записывать „кружочки“, используя жестовый язык. А кто-то [им] не владеет, зато с помощью современного слухового аппарата сможет принять звонок прямо на ходу». — добавляет Герасимов.
С глухими ребятами Ксения Легостаева общается через заметки или переписку, так как жестовый язык знает очень плохо. А со слышащими старается разговаривать голосом либо также переходит на текстовую коммуникацию в заметках.
«По телефону я общаюсь редко. Если понимаю речь человека, то разговариваю. Если нет — передаю телефон близкому человеку. Глухие делают так же: если рядом есть слышащий или слабослышащий друг, они просят помощи», — отмечает Ксения.
В остальном девушке помогают сервисы, которые генерируют субтитры. А общаться ей удобнее письменно, в мессенджерах.
«Часто слышащие люди раздражаются, когда их просят писать. В Москве в этом плане более-менее нормально, в маленьких регионах похуже, — отмечает Наталья Ярославкина. Это общая проблема моих знакомых глухих. Поэтому нужны онлайн-переводчики или просто больше терпения и доброжелательности со стороны окружающих — готовности переписываться в телефоне или на бумаге».
Ей, как и Ксении, удобнее всего общаться в мессенджере: там есть «кружочки», гифки и стикеры, которые передают эмоции. Также помогают приложения для перевода речи в текст.
«Но они не всегда хорошо работают: иногда пропускают знаки препинания, плохо расшифровывают из-за шума или слабой сети. Поэтому очень бы пригодилось качественное автономное приложение, которое работает стабильно даже без интернета», — заключила Наталья.
Как отвечать на входящие даже без сети
Так как для людей с нарушением слуха доступ к ассистивным технологиям жизненно необходим, в России уже появился автономный сервис «Секретарь для глухих и слабослышащих», который работает бесплатно. Он преобразует входящий звонок в текст, а письменные ответы пользователя озвучивает собеседнику. Сервис работает прямо в мобильной сети и позволяет общаться с помощью искусственного интеллекта — в его основе лежит технология распознавания и синтеза речи МТС.
Когда на телефон абонента поступает звонок, голосовой секретарь предупреждает звонящего о том, что вызываемый абонент глухой или слабослышащий. Сам же пользователь может отклонить звонок, после чего получит уведомление от приложения «Мой МТС» с предложением перейти в диалоговый чат.
Дальнейшее общение берет на себя голосовой помощник: искусственный интеллект в реальном времени преобразует речь звонящего в текст, который появляется на экране смартфона, а ответы пользователя, набранные в чате, озвучивает синтезированным голосом. При этом для ответов можно использовать как заранее заготовленные шаблонные фразы, так и любой текст.
Чтобы воспользоваться сервисом, абонентам достаточно подключить «Секретаря для глухих и слабослышащих» в приложении «Мой МТС» и активировать функцию «Звонок в чат» в настройках.
Так или иначе, прежде чем связаться с глухим или слабослышащим человеком, стоит спросить, какой способ удобнее, рекомендует Александр Герасимов. Можно предложить голосовое сообщение в мессенджере, которое получится расшифровать, организовать видеоконференцию в сервисе, где доступны автоматические субтитры. Или задать вопросы письменно.
«Главное — будьте терпеливы, старайтесь говорить разборчиво и не слишком быстро, [а если вас не понимают] используйте альтернативные формулировки», – заключил Александр.