Снять продолжение подросткового сериала про повзрослевших героев довольно сложно. Сумел ли справится с этой задачей Сэм Левинсон?
«Честно говоря, мне в первом эпизоде все понравилось, и даже без тех оговорок, с которыми мне понравился „Кумир“, — там я сразу мог предположить, что кэмп считают не все, а тут не вижу каких-то явных минусов. Впрочем, американские критики, которые установили рейтинг на Rotten Tomatoes в 44%, смотрели больше серий (три из восьми, если быть точным), поэтому, возможно, дальше что-то поменяется.
В целом мне кажется, что снять сезон про повзрослевших героев подросткового сериала — сама по себе трудная задача. Я не смотрел израильский оригинал, но знаю, что его закрыли после первого сезона, поэтому авторы даже не делали попытки снять такое продолжение. Зато я видел сезон-эпилог „Молокососов“, и он был довольно средним. База подросткового сериала (или, скажем, аниме про старшеклассников) сводится к гиперболе: герои косплеят взрослых с таким усердием, что их детские проблемы выглядят даже более драматичными и судьбоносными, чем проблемы среднестатистических взрослых. Когда же речь в сериале заходит о теперь уже взрослых, косплеящих взрослых, то результат часто получается не просто не гиперболическим, а откровенно недожатым — как, собственно, в случае с криминальной драмой в эпилоге „Молокососов“.
Четыре года передышки явно пошли Сэму Левинсону на пользу: дожать взрослую интонацию у него получилось. Открывающая сцена с застрявшим на вершине трамповской стены контрабандистским джипом — визуальная находка на десять из десяти для любого круто сваренного палпа в современной Америке. Уверен, Тарантино бы мечтал так начать свой следующий фильм! Да и в целом сценарий не подводит: жанровые диалоги одновременно и смешные, и саспенсовые. Сцены с Нейтом и Кэсси, грызущимися о семейном бюджете; диалог Ру и „короля кисок“ — тоже безо всяких скидок тарантиновского уровня.
Левинсон обладает важной чертой любого хорошего драматурга — определенной циничностью, с которой он, когда нужно, легко крушит мечты героев, делает всесильными их пороки, а одной деталью решительно подводит черту под целым характером. В каком-то смысле оптика хорошего реалиста недалеко ушла от оптики токсика. Вполне верю, что в реальной жизни Левинсон не самый приятный человек, но его мастерству это не мешает.
О режиссуре пока что ничего особенного сказать не могу: выглядит сезон, снова снятый на пленку (только первый сезон был цифровым), как сферический тарантиноид в вакууме, но ритм (что есть самое сложное в триллерах-тарантиноидах) Левинсон держит прекрасно».
Третий сезон «Эйфории» сранивают с GTA. Что же общего у сериала и видеоигры?
«Продолжение „Эйфории“ вызывало тревогу сразу по нескольким фронтам. Первый — чисто технический. Как вообще можно собрать вместе каст, значительная часть которого выросла до суперзвездного статуса и теперь занята на много лет вперед? Оказалось, при должных желании и бюджете — вполне.
Второй — сюжетный. Как и зачем продолжать сериал про школьников, когда герои давно не школьники? Новости про забракованный сценарий, где Ру становилась частным детективом, скорее смешили и расстраивали, чем интриговали. Да и сюжетные гэпы в четыре года еще никогда не шли таким проектам на пользу. Оказалось, все может получиться, если сработать по плану „герои двинулись ровно туда, куда вы могли подумать“: в первой серии ничья судьба не вызвала удивления.
Третий — качественный. А может ли Сэм Левинсон сделать классное продолжение про уже повзрослевших героев, когда два его последних режиссерских проекта — сериал „Кумир“ и фильм „Малкольм и Мари“ — вызывали эмоции в диапазоне от зевоты до неловкости? Тут выяснилось, что все может быть хорошо, если автор опирается на крепкий фундамент прошлых сезонов, а не строит его заново.
Возвращение „Эйфории“ — это ровно то, за что мы полюбили первые сезоны (только без музыки британца Лабринта, разругавшегося с HBO). Сияющая в своей мрачности Ру, которая забрала первую серию новым классным диалогом с персонажем Колмана Доминго. Гипертрофированная в своей вечной подростковости Кэсси и все еще поломанный изнутри Нейт. Пробивная и громкая Мэдди, которой пришлось приземлить амбиции на реальную жизнь. Единственный концентрированный лучик однозначного света в лице Лекси. И даже Феско: Ангус Клауд погиб в 2023 году, но память о нем решили сохранить в новом сезоне, что выглядит чутко, а не пошло. Камбэк Джулс оставили на следующую серию, но, кажется, и там все будет в порядке.
Один из самых популярных комментов под трейлерами нового сезона: „Раньше ‚Эйфория‘ была подростковым сериалом, а теперь стала GTA-драмой“. Первая серия убеждает в удачности этого тега: вступительная серия с метаотсылками на реальный мир вполне могла бы стать миссией в несуществующем DLC GTA 5, а общий сюр происходящего — сильно схожая по духу сатира с главным игровым проектом мира. Вступительный эпизод выбил осторожную одну звезду розыска — что же будет, когда сериал раскачается до шести?»
«Эйфория» стала похожа на встречу с бывшими однокашниками. Почему это страшно и увлекательно одновременно?
«Третий сезон „Эйфории“ — это как встреча с родными одноклассниками: занятие любопытное, но непредсказуемое, способное перерасти в настоящий кринж (я на таком в последний раз был в 2014 году — впечатления, что называется, остались противоречивые). Так что, к чести „Эйфории“, надо сказать: она пока держится и в пошлятину уровня „Кумира“ не превращается, хотя многие изменения налицо.
Вместо саундтрека от Лабринта — музыка Ханса Циммера или его миньонов. Вместо характерной синевы (сворованной, как потом выяснилось, у фотографа и видеографа Петры Коллинз) — скорее желтоватая палитра в духе „Во все тяжкие“, даром что действие теперь частично происходит на мексиканской границе, через которую идет наркотрафик. Вместо школьной жизни — взрослая со всеми ее тяготами. Вместо перформативности и школьного потока сознания — что-то похожее на вменяемый сюжет. На месте только неизменный и ненавидимый всеми шоураннер сериала Сэм Левинсон, который снимает сериал на 35- и 65-миллиметровую пленку Kodak, словно в миллениальской тоске по великому кино 1990-х, которое мы потеряли. Поэтому совершенно неудивительно, что среди приглашенных звезд третьего сезона числится Шэрон Стоун, снимавшаяся у отца Сэма, режиссера Барри Левинсона, в сайфае „Сфера“ (1998). Тут она играет студийную функционерку, которая знает толк в мыльных операх.
С главными героями в свою очередь происходит почти то же самое, что обычно происходит с бывшими одноклассниками. Кто-то (Ру) торгует запрещенными веществами. Кто-то (Нейт) продолжает папин бизнес. Кто-то (Кэсси) пробует себя в OnlyFans. Кто-то (Лекси и Мэдди) устроился на престижное (на самом деле нет) телевидение. А о ком-то (Джулс) ходят слухи, что она стала содержанкой.
В первой, экспозиционной серии нас заново знакомят с персонажами и рассказывают, что с ними случилось за те несколько лет, что мы не виделись. Ход понятный и даже неизбежный, но несколько скучноватый, почти механистический. Хотя в плане саспенса пока все окей: стало поменьше Джона Кассаветиса и побольше Квентина Тарантино, Ру слезла с наркотической иглы и думает пересесть на религиозную (то есть, как всегда, заменить одну зависимость другой), а сам сериал стал тяготеть к посконному американскому жанру вестерн — в конце первого эпизода даже появится лихой ковбой, хоть и не такой криповый, как в „Малхолланд-драйв“. И хотя рано судить по одной серии, есть надежда, что, оказавшись у последнего фронтира и разыграв историю в духе «мама ама криминал», Левинсон соберется и выдаст гранд-финал, который мы все заслужили.
