«Дрянные девчонки» и «Хорошие мальчики»: 40 лучших янг-эдалт фильмов о подростках

О деструктивности тинейджеров снято сотни фильмов, например Ларри Кларком, Греггом Араки, Валерией Гайей Германикой, Хармони Коррином, Гасом Ван Сэнтом и другими. Мы же предлагаем к просмотру парочку нереалистических и чуть отстраненных лент, которые через экстремальные метафоры размышляют о тяготах взросления.

Три старшеклассницы по имени Хизер держат школу в страхе. Устав от террора, их прислужница Вероника решает дать им отпор и объединяется с социопатом-интеллектуалом Джейсоном, знающим, как расквитаться с обидчицами. Сардонический триллер с Вайноной Райдер породил волну подросткового хардкор-кино о лицемерии общества и выживании в старшей школе («Ядовитый плющ», «Королевы убийства»). Впрочем, «Смертельное влечение» отличилось не только комедийно-кровавым сюжетом, но и неудобной правдой о токсичности любых отношений в юности и о том, как легко подростки с неоформленной префронтальной корой подвергаются пагубному влиянию.

Старшую школу потрясает волна убийств. Подозрения падают на загадочного Брайана, который только что вышел из психбольницы. «Опасная школа» — непростительно психофобный слешер, однако уморительно разыгранный. От внимания физиологического жанра не ускользают язвы и извращенность общества, телесная и психологическая незащищенность подростков. Герои в исполнении Брэда Питта и Джилл Шелен, спортсмен и красавица, оказываются не только на очереди у маньяка, но и под пристальным взглядом пожирающих их глазами взрослых.

Зубодробительный австралийский сплэттер заставит кровь стынуть в жилах. По сюжету депрессивный Брент в день выпускного оказывается в плену у аутсайдерки Лолы и ее странного папаши. В программе бала — знакомство с молчаливой матерью, перверсивный танец дочери и отца, гнилые гвозди, забитые в ступни, лоботомия дрелью и спуск в подполье с трупами. Режиссер Шон Берн уверен: старшая школа наносит непоправимый ущерб. Это, конечно, факт, однако его дебютный фильм нанесет неизлечимую травму с куда большим успехом — Берн превратил традиционные атрибуты школьного выпускного в инструменты для пыток. Получился лютый хоррор с запредельным уровнем жестокости. Впрочем, все ужасное здесь компенсируют столь же пробирающие до мурашек моменты переживания утраты и любви, а также важная мысль, что иногда внутри ломается что-то важнее костей.

Снятая на пленку, дерзкая и антиреалистическая драма о подростковом бунте, саморазрушении и потерянности. Двое тинейджеров, Саша и Даня, срываются с места и сбегают в уральские леса — прочь от родительского давления и всепоглощающей тоски. Оборона свободы завершится слезами и трагедией, но ребятам все же удастся донести свою мысль до тех, кто прежде не хотел слушать. Удивительно смелое и нежное кино основано на печально известной истории псковских подростков 2016 года. Но Александр Хант не эксплуатирует чужую трагедию, а пытается эмпатично и ласково отобразить на экране глубокий и чувственный мир израненных и никем не принятых тинейджеров. 

Марен 16 лет, и она людоедка. Брошенная родителями, героиня отправляется на поиски себе подобных и встречает в дороге свою любовь. В основе сюжета — мрачный и разрушающий табу янг-эдалт-роман Камиллы ДеАнджелис. Лука Гуаданьино почти дословно переносит интонацию и образы первоисточника, собирая чувственную палитру фильма из цветов запекшейся крови, ржавых американских пустошей, синевы ночного неба, тактильных запахов человеческих выделений и пыли старых мотелей. Сюжет работает в синергии с формой: как и в романе, графичные описания убийств и каннибализма становятся объемной метафорой аутсайдерства, подростковых зависимостей, неутолимой внутренней пустоты и стремлении девушки любить до полного поглощения.

Жанр подростковой антиутопии наиболее широко освещает конфликт поколений, который в корне часто политический. В подобных сценариях взрослые оставляют детям развалины мира, обескровленные земли и процветающие диктатуры. Поэтому с рождения лишенные свободы подростки вынуждены брать ответственность в свои руки и взрослеть, подрывая системы и борясь за светлое будущее.

Именно культовая экранизация одноименного романа Сьюзен Коллинз запустила киноволну подростковых антиутопий — но ни одной по итогу не удалось достичь того же запредельного уровня реализма и психологизма, как Гэри Россу. Деспотичное государство устраивает гонки на выживание для трансляций в прямом эфире и запугивания жителей бедных дистриктов. Участников избирают на церемонии Жатвы по принципу жребия, отправляют на полигон и заставляют биться насмерть. В центре первых четырех фильмов — благородная охотница Китнисс , которая бросает вызов тиранам у власти, провоцирует народное восстание и становится символом непоколебимой человечности — редкого качества в системе, взращивающей убийц. 

Сьюзен Коллинз внедрила в историю о подростках критику социального неравенства, капитализма, тоталитаризма и медиа, нормализующих насилие. Взросление в романе происходит в условиях войны, связано с утратой наивных иллюзий и осознанным принятием ответственности не только за свою, но и чужие жизни. Росс продолжает эти линии, исследуя ужасный мир взрослых глазами динамично развивающейся героини Дженнифер Лоуренс.

Человечество ведет войну с инопланетной расой. Шестилетний вундеркинд Эндер вместе с другими детьми учится в военной школе и оттачивает стратегические способности в специальной игре. На финальном экзамене мальчик узнает, что все это время истреблял дивизии врага и отправлял союзников на смертельные миссии не в симуляции, а взаправду. Фильм Гэвина Худа значительно смягчает жестокость одноименного сайфай-романа Орсона Скотта Карда: в оригинале растущий в условиях военного времени Эндер неизбежно ожесточается, а вот у Худа даже антагонисты носят человеческое лицо. Тем не менее смотреть, как маленький герой в исполнении Эйсы Баттерфилда отстаивает свои идеалы перед аморальными взрослыми, как храбро он дает режиму отпор, в равной степени увлекательно и грустно.

Трилогия по мотивам книжной серии Вероники Рот о жизни в постапокалиптическом Чикаго, разделенном на пять фракций. Каждый гражданин по достижению шестнадцатилетия обязан пройти тест, который определит его будущее в системе. Вроде бы все работает по справедливости: от каждого по способностям, — но не всем дано вписаться в строгий порядок. Беатрис после теста попадает в ряды дивергентов — потенциальных подрывников системы. Так начинается история ее изгнания и противостояния режиму. Франшиза «Дивергент», хоть и не отличается формальной оригинальностью, интригует взрослеющей на наших глазах протагонисткой, которая воюет за чужую свободу и в процессе обретает свою.

Трилогия «Бегущий в лабиринте» основана на одноименной серии романов Джеймса Дэшнера. В центре сюжета — юноши-подростки, которым стерли память и отправили в Глейд — место, окруженное непроходимым лабиринтом, который патрулируют ядовитые твари. Сверхзапутанная антиутопия накапливает интригу и напряжение вплоть до финала. В первой части трилогии Уэс Болл не утяжеляет историю политическими подробностями, сосредоточиваясь на выживании подростков в диких условиях, их моральных и духовных испытаниях. В продолжении психологизм и глубина уступают экшну и присущим дистопиям размышлениям о тоталитаризме и власти. За лабиринтом вскроются новые ловушки, корпорации и злые ученые-экспериментаторы, но в двигателе саги до последнего останется подростковые бунт и обостренное чувство справедливости. 

Хулиганистый Коля Герасимов из Москвы 2024 года и вдумчивая Алиса Селезнева из 2124-го находят друг друга во времени и объединяются против злостных космических пиратов. Вольная адаптация одноименной повести Кира Булычева переводит буквы первоисточника на язык янг-эдалт-кино, с присущим ему морем эмоций и гиперчувствительными тинейджерами. Герои спорят с авторитетами, дают отпор обидчикам, ищут себя в ограниченном мире и попутно взрослеют. Из фильма Александра Андрющенко и чутких сценаристов получилась на удивление качественная, красочная и пестрящая идеями отечественная фантастика, в которой находится место и для мелькающих фантазий, увы, о несбыточном будущем, и для душевной истории притяжения двух подростков.

Гормоны, эмоции, телесные трансформации, новые ощущения в теле: в зеркале возникает новый человек, который постоянно меняет свой облик. Пубертат — страшное дело, и кино это чувствует как никто.

Сестры Бриджит и Джинджер Фицджеральд одержимы эстетикой смерти и чуть ли не с пеленок планируют свои похороны. Боятся героини одного — пубертата. И не зря. Как только у Джинджер начинаются месячные, ее кусает собака на детской площадке. Готка резко меняется, ее тело вдруг начинает притягивать парней — но только до той поры, пока похорошевшая тинейджерка не озвереет и не начнет кусаться. Сценаристка Карен Уолтон осмысляет сексуальное пробуждение и половое созревание девочек через прозрачную метафору превращения тинейджерки в неуправляемого и кровожадного оборотня. У истории о девичьей подавленной ярости и потере невинности не предполагается счастливый финал. Взросление лишь усугубляет аутсайдерство и тоску Джинджер, но и Бриджет его не избежать, как и физиологических мутаций: проклятие настигнет девочку в «Сестре оборотня», сиквеле 2004 года. 

Отличница Ниди считалась «стремной подружкой» красотки Дженнифер — архетипической секс-бомбы. Крепкую дружбу подруг разрушили злые чары инди-рока: Ниди и Дженнифер отправились на концерт, и когда первая в полночь уже была дома, вторая истекала кровью в лесах, став жертвой насильственного ритуала бойз-бенда. Восстав из мертвых, девушка превратилась в бестию, мстящую всему мужскому роду. 

Режиссерка Карин Кусама и сценаристка Дьябло Коди при создании фильма высмеяли практически все известные тропы культовых хорроров, от «Последнего дома слева» до «Кэрри», и сделали беспрецедентно ценное для нулевых высказывание о насилии и жестокости, с которым женщины сталкиваются с рождения. Из-за промокампании, напирающей на сексапильность Меган Фокс и Аманды Сейфрид, «Тело Дженнифер» неверно толковали как эксплуатейшн, объективирующий школьниц. На деле это залихватский и дерзкий хоррор, который подсвечивает ужасы патриархата, лишающего женщин субъектности и обязывающего их тела безропотно служить мужскому желанию.

Инди-режиссер Майкл О’Ши отказался от условностей, присущих фильмам о подростках, и снял необычайно грустную и реалистичную драму, напоминающую фанфик «Прослушки». Сирота Майло живет в бедном квартале Нью-Йорка, воспитывается братом, который после бурной молодости в гангстерской среде не выходит из дома. Майло кажется вполне обычным ребенком, вот только его одержимость фильмами о вампирах не так мила и забавна, как кажется. Майло убивает людей ради крови, и, похоже, уже давно. Непримиримая и высасывающая душу среда превращает Майло в изгоя; подражание вампирам становится для него единственным средством обретения контроля над собственной судьбой. 

Жюстин, скромная студентка медколледжа, была вегетарианкой, пока не почувствовала человеческую кровь на губах. Жюлия Дюкурно без стеснения нарушает табу, превращая интимный опыт сексуального раскрепощения героини в кровавую бойню. Гротеск и графические сцены насилия позволяет режиссерке передать остроту и травматичность трансформирующего этапа, а заодно отразить в истории Жюстин тревоги каждой взрослеющей женщины.

Тельма росла в строгой религиозной семье. Поступив в колледж и впервые оказавшись вдали от дома, героиня получает новый и прежде запретный опыт, открывает свою тайную сексуальность, а с ней и мистическую силу. Как и другие работы Йоакима Триера, «Тельма» раскладывается на несколько содержательных слоев. С одной стороны, это психологическая драма о семье, одиночестве и боли, о невозможности как сепарироваться от окружающих, так и вступить с ними в контакт. С другой — подражающий американской классике хоррор, обладающий по-скандинавски сдержанной чувствительностью. Но в первую очередь это завораживающий триллер с готическим мотивом о девичьем раскрепощении и освобождении подавленной монструозности.

В 1970–1980-е ужасы окончательно переориентировались на молодую аудиторию. С подростками у руля хорроры стали не просто пугать, но еще и исследовать проблемы и страхи юности — периода на самом деле до ужаса одинокого.  

В отличие от предыдущих подростковых хорроров, «Хеллоуина» и «Пятницы, 13-е», серия фильмов «Кошмар на улице Вязов» выделяется неожиданными экспериментами с формой — сочетанием боди-хоррора, слешера, фантастики и coming of age драмы, — новым взглядом на троп последней девушки, а также преданностью постмодернистской традиции. Чем дальше, тем глубже франшиза уходит в самопародию; седьмая часть и вовсе предстает довольно умно сформулированным метакомментарием Уэса Крейвена ко всей серии. 

«Кошмары» полюбились зрителям отнюдь не за художественную интеллектуальность, а за фокус на чувствах подростков, которые учатся любить и не бояться. Забравшись в юное, встревоженное гормонами бессознательное, Крейвен высвободил на экране репрессированные чувства, неартикулированные страхи и даже самые незначительные волнения тинейджеров.

Главное, пожалуй, что «Кошмары на улице Вязов» с неожиданного ракурса взглянули на конфликт отцов и детей. В первой части Фредди Крюгер гуляет по снам чуть меньше десятой доли от всего хронометража, остальное время разворачивается чистая драма об отношениях безучастных родителей и беспомощных в силу возраста детей, которым приходится расплачиваться за грехи взрослых. 

1988 год. Ученик старшей школы Донни Дарко встречает человека в костюме кролика, узнает от него о грядущем конце света и получает сверхспособности, чтобы предотвратить катастрофу. «Донни Дарко» — сверхъестественно красивое сочетание подростковой драмы о поисках бытия и принятия своего предназначения, магического реализма в духе Дэвида Линча и мрачной фантастики о параллельных вселенных. Загадка фильма кроется в переживаниях протагониста. Трудно объяснить, что именно испытывает герой — психоз или прозрение, — но ни в коем случае не стоит искать рациональное объяснение. Джейк Джилленхол создал удивительный образ потерянного юноши, чьи экзистенциальная тоска и нигилизм, не отменяющий жажду любви и понимания, знакомы каждому грустному подростку.

Студентка Джей после секса с новым бойфрендом очнулась связанной на парковке, а на другой день ее начали преследовать зловещие люди, которых видит только она. Девушка понимает, что стала носительницей смертельного проклятия, и обращается за помощью к друзьям. Сюжет «Оно приходит за тобой» напоминает кошмарный сон и устроен соответствующе: дремлющая субурбия, сонные подростки, убаюкивающий ритм. Но чем дальше, тем более пробуждающим становится фильм. Смертельное проклятие, которое передается половым путем, — разумеется, метафора венерических болезней. Но вместе с тем призрачные сталкеры-убийцы воплощают убивающую незаметность наших травм и внутреннего одиночества для окружающих. Оттого спасением от зла для героини становится не волшебный ритуал, а близость с любимыми, которые всегда готовы быть рядом.

1984 год. Городок Кейп-Мей терроризирует серийный убийца, похищающий мальчиков-подростков. Скучающий 15-летний Дейв из соседнего города вместе с друзьями без раздумий бросается на поиски маньяка, который, похоже, скрывается за соседской изгородью: именно там в последний раз Дейв и компания видели мальчика, чье лицо теперь печатают на упаковках молока. «Лето 84» снимали на волне ностальгии по 1980-м, с соответствующими времени атрибутами. Но, к счастью, обошлось без наивных грез по светлой эпохе детства поп-культуры. Вместо подчеркивания противоречий между десятилетиями постановщики делают упор на ужасающих сходствах. Новости на деле из года в год не меняются, одно зло сменяет другое, и подростки во все времена переживают одно и то же: дружбу, первую любовь, ссоры с родителями, а главное — острое желание сделать что-то стоящее.

Неразлучные друзья Зак и Джош делят общие интересы, даже влюбляются в одну и ту же девочку. А теперь их разъединяет общая тайна: они по неосторожности убили одноклассника и похоронили его в лесу — вместе с детством. Драма в духе «Большой реки» и Стивена Кинга о чудовищных муках совести и малолетней жестокости показывает хрупкость взросления и вместе с тем обнажает, насколько истязающим и ломающим может быть этот этап. 

Не только страхи, ужасы и травмы определяет школьный период, но и веселье. Комедии о подростках проживают все трудности взросления с юмором — за то их и любим.

Вдохновением для создания культовой комедии о мизогинии, процветающей в старшей школе, послужила книга Розалинд Уайзман «Королева улья, или Как выжить в мире девочек». Это настольное пособие про социальное расслоение в американских учебных заведениях и гендерные стереотипы, которые мешают быть собой. Сценаристка Тина Фей объединила размышления Уайзман о школьных испытаниях с собственными воспоминаниями о старшей школе. Получилась остроумная комедия про жестокое противостояние томбой-девчонки Кейди и группы популярных старшеклассниц под предводительством Реджины Джордж.

На фоне более вдумчивых — того же «Донни Дарко» — историй о взрослении и трудности вписаться в мир «Дрянные девчонки» хотят скорее ярко обсудить роль окружения и среды в процессе самоидентификации. Пусть в сюжете о схватке Кейди и Реджины больше переодеваний, чем разговоров по душам, «Дрянные девчонки» по итогу показывают внятную критику строгих социальных стандартов и приводят историю к благородному выводу о важности эмпатии и принятия внутривидовых различий.

Хипстер Скотт Пилигрим играет на басу в рок-группе Sex Bomb-omb и намерен завоевать сердце неуловимой Рамоны. Для выполнения миссии ему предстоит одолеть ее оголтелых бывших. Экранизируя культовый комикс Брайана Ли О’Мэлли, Эдгар Райт соединил сюжетные техники сразу нескольких медиумов: от комиксной рисовки до видеоигровой механики. Скотт проходит несколько квестов, встречаясь со своими ошибками и страхами лицом к лицу. Сложно сказать, взрослеет ли персонаж в процессе, но явно многое понимает. Например, что девушка — не экран для проекций влажных фантазий и не объект, который можно заполучить в игре, а сложная, независимая и меняющаяся личность со своими чувствами и желаниями. 

Отличница Оливия солгала подруге о том, что потеряла девственность, а та разболтала всей школе. Столкнувшись с социальным осуждением, Оливия оборачивает ситуацию себе на пользу: в обмен на разные ништяки она помогает лузерам школы обрести популярность и распускает слухи, что лишила их невинности. В основе сюжета, неожиданно, роман «Алая буква» Натаниеля Готорна, опубликованный в 1850 году. Сценарист Берт В.Ройял, решив деконструировать тропы сентиментальных мелодрам 1980-х и секс-комедий 2000-х, перенес размышления Готорна о пуританских нравах XVII века из деревушки Новой Англии в современную американскую школу и не нашел особых различий. Девушек по-прежнему воспринимают как грешниц и осуждают за сексуальную жизнь, когда для парней потеря девственности становится социальным лифтом.  

Трое мальчишек-шестиклашек хотят попасть на взрослую вечеринку и вляпываются в недетские разборки с наркотиками и алкоголем. Фильм от сценаристов «Офиса» периодами проваливается в несусветный треш, но ни на миг не теряет обаяния. «Хорошие мальчики» демонстрируют, насколько все-таки важно не торопить момент и жить в соответствии с возрастом. И вместе с тем признают: быть ребенком совсем не просто.

Лучшие подружки-аутсайдерки ПиДжей и Джози случайно травмируют ногу одноклассника-квотербека. Сверстницы, включая самых популярных старшеклассниц, обращаются к девушкам за советами по самообороне. Тогда смутьянки открывают феминистский бойцовский клуб и вскоре объявляют всем оборзевшим крутышам школы войну. Эмма Селигман в соавторстве с Рейчел Сеннотт (это их второй совместный проект после «Шалом, папик!») сняли залихватскую и злободневную сатиру, показная инфантильность которой работает громоотводом для болезненных тем. Участницы бойцовского клуба в перерывах между тумаками делятся друг с другом похожими травматическими воспоминаниями о пережитом сталкерстве, нападениях и насилии. Общие раны объединяет девчонок с разным бэкграундом в непобедимое сестринство, что позволяет уморительному фильму о гендерных стереотипах стать еще и терапевтическим.

Отличницы Эми и Молли за время учебы в школе выучили несколько языков, не получили ни одной двойки, не пропустили ни одного урока и не посетили ни одной вечеринки. И вот в последний день школы выясняется, что главные пофигисты и тусовщики, оказывается, преуспели не меньше отличниц! Одна оторова будет учиться в Йеле, двоечник-спортсмен — в Гарварде. Лишь второгодник никуда не поступил — его просто сразу взяли на работу в Google. Молли с досадой понимает, что в погоне за местом в Лиге плюща упустила лучшие годы жизни и уговаривает Эми провести хотя бы один отвязный вечер и потусить как в последний раз. Дебют Оливии Уайлд снят с невероятным азартом, теплотой и чувством юмора. В каждой сцене происходит что-то непредсказуемо смешное, но проникновенности и честности здесь гораздо больше: фильм аккуратно высмеивает обрядовые ритуалы перехода из детства во взрослую жизнь, а заодно освещает подводные камни девичьей подростковой дружбы.

В фокусе сайфая часто оказываются время, пространство, технологии, загадки науки и контакты с внеземным разумом. На эти феномены идеально ложатся проблемы взросления — от противостояния своих и чужих до невозможности научно объяснить свои чувства.

Фотограф, готка, чирлидерша, новенькая, футболист и дилер замечают неладное в поведении учителей и одноклассников. Виной тому инопланетные слизни, обосновавшиеся на школьном футбольном поле. В конце 1990-х «Факультет» называли «киношной макулатурой». Лишь ряд рецензентов выступил в унисон с восторженными зрителями, разглядев за шаблонным подростковым сайфаем Роберта Родригеса и Кевина Уилльямсона («Крик») круто сбитый эксплуатейшн и крепкий оммаж на исторические вехи жанров: от «Вторжения похитителей тел» и «Капли» до «Клуба „Завтрак“». Главная шутка фильма заключается в том, что, повторяя за классиками, «Факультет» по-тинейджерски бунтует против любых форм конформизма и посредственности, воспевая тех, кто не подчиняется авторитетам и марширует против правил.

Конец 1970-х. Трое мальчишек и одна девчонка из маленького американского городка проводят летние каникулы за съемками фильма о зомби. Главную драматичную сцену ребятня решает снять у железнодорожных путей, но несущийся в камеру поезд резко сходит с рельс, запуская цепь необъяснимых событий. Ностальгическая фантастика о пришельцах от Джей Джея Абрамса строится по формуле Стивена Спилберга (он, кстати, выступил продюсером). В составе — гуманистическая интонация, разбавляющая травматичность жестокого детства, сверхъестественные опасности, запускающие экстренное взросление. Встреча подростков с непостижимым нечто из космоса олицетворяет непознаваемость чужой души и колоссальную фантастичность первого любовного опыта.

Трое старшеклассников — изгой с камерой, его брат-философ и спортсмен, метящий в президенты школы, — после контакта с метеоритом получают способности к левитации и телекинезу. К суперсилам обычно прилагается ответственность, но перемещать машины в воздухе и громить город куда веселее, чем думать головой. «Хроника» объединяет супергероику, хоррор и жанр подросткового кино с псевдодокументальной манерой съемки, что в дополнение помогает зрителю сблизиться с персонажами. В конце концов фантастический сюжет, переполненный экшном и воспитательными диалогами, коллапсирует в жестокую историю о радикализации загнанного в угол и отвергнутого подростка, который наказывает мир за нелюбовь.

Подросток Оуэн и старшеклассница Мэдди обожают мистический сериал «Розовый мрак» о девушках, воюющих с Мистером Меланхолией. В один миг шоу закрывают, Мэдди исчезает, а Оуэн остается один. Это кино не совсем фантастика, далеко не хоррор и не очень-то драма. Джейн Шенбурн снимает на стыке жанров, стараясь материализовать чувства ностальгии, вязкости времени, тревоги поколения, выросшего в промежутке между аналоговой и цифровой эпохами, и пограничность взросления. Эмоциональные слои и темы фильма объединяются ощущением меланхолии, близкой к утрате. Оуэн не может понять источник своей экзистенциальной тоски, но вскоре осознает, что годы пришли и забрали магию детства. А Мистер Меланхолия — это взросление.

Переосмысление романа Мэри Шелли на манер бюджетных хорроров 1980-х. Чрезвычайно замкнутая старшеклассница Лиза ежедневно гоняет на кладбище. Там она и находит идеального бойфренда — музыканта, умершего сто лет назад и случайно оживленного молнией. Новый проект Дьябло Коди («Тело Дженнифер») и Зелды Уилльямс спорит с романтическим кино 1980-х, показывая, что в подростковой любви и чувствах дела куда сложнее, запутаннее и грязнее, чем показано в «Милашке в розовом».

Первая любовь — каноничное событие в жизни любого подростка. Именно переполняющее изнутри чувство позволяет познать и принять не только любимых, но и самого себя.

Стефани Майер взбудоражила мир миллионов подростков нулевых и десятых: запретная любовь обычной девушки Беллы и богатого вампира Эдварда утолила сладкие фантазии о чувствах до гроба и смерти вопреки. Хотя соль истории не только в символизме, готической романтике и сексуальном томлении целомудренной девы, но и в скрытой за лиричностью текста подростковой аутоагрессии, подавленности, смеси страха умереть и бессознательного влечения к смерти. А главное — в желании тинейджерки обрести контроль над меняющимся и слишком уязвимым телом и над жизнью, которая ей совсем не принадлежит.

Лишь одному из пяти фильмов кинофраншизы удалось уловить суть многогранных и проблематичных романов Майер. Кэтрин Хардвик, режиссерка не менее культовой coming of age драмы «Тринадцать», первым фильмом заложила идеальные эстетические основы, которые последующие режиссеры саги бездумно отринули. Сперва постановщица утвердила на роли блестяще подходящих под нежные образы актеров — Кристен Стюарт и Роберта Паттинсона. А затем подвижной камерой, чуткой к шероховатостям переходного возраста, перевела первоисточник на язык инди-кино, сосредоточившись на искренности диалогов и неуверенных шагах тинейджеров навстречу трансформирующим поцелуям. Пасмурные «Сумерки», с их петрикором, мшистыми лесами, крутыми утесами и холодными пляжами, сверкающими вампирами и провинциальными подростками, стали классикой по заслугам. Это незабываемое кино о подростковой любви, обладающее неповторимой интонацией — одновременно кроткой и страстной.

Выпускник Ллойд долго не решался заговорить с отличницей Дайаной, воспитанной гиперопекающим отцом. Узнав, что та скоро уедет на учебу в Великобританию, юноша наконец зовет девушку на свидание и становится для нее проводником к долгожданной свободе. Мелодрама «Скажи что-нибудь» навеки отпечаталась в памяти поп-культуры благодаря поэтическому образу героя Джона Кьюсака, влюбленно стоящего с магнитофоном под песню Питера Гэбриела. Однако мало кто вспомнит, что это не просто типичный ромком о первых поцелуях и сексе, а тонкая драма о важности переживания сильной любви для здорового прохождения переходного возраста и обретения самодостаточного «я».

В отличие от любвеобильной и инфантильной сестры Бьянки, Кэт думает о колледже, читает феминистскую литературу и избегает отношений с парнями. Она выстроила вокруг себя непроницаемую стену, и вот однажды ее разрушил бунтарь Патрик. Как и «Ромео + Джульетта» База Лурманна, мелодрама Гила Джангера накладывает пьесу Шекспира на эстетику MTV. Из эксперимента получился милый ромком о фрустрациях тинейджеров 1990-х и перипетиях любви, которая разбивает твое хрупкое сердце, чтобы ты смог выстроить сильное и смелое новое и больше не бегал от собственных чувств.

Ностальгическая мелодрама Пола Томаса Андерсона окунает в лето 1970-х, завораживая сладостью жары и колючестью подросткового бунтарства. Алана, конечно, далеко не подросток: ей 25, но она продолжает витать в облаках и совершать необдуманные поступки. Наперекор родителям, умоляющим девушку взяться за ум, она связывается с влюбленным в нее 15-летним школьником — начинающим актером Гэри, у которого что ни день, то новая бизнес-идея. Совместное лето, полное приключений, ревности и неслучившихся поцелуев, проложит каждому героев тропу во взрослую жизнь, в которой уже не будет столь же безоблачного и испепеляющего романтикой лета.

Художник Саша закончил школу и не знает, в какой университет поступать. Однажды ему поручают оформить стену в детской больнице, где он встречает романтичную Женю. Нежная мелодрама Юлии Трофимовой по одноименной повести Галы Узрютовой рисует портрет поколения современных подростков, трезво рассуждая о понятных всем переживаниях: влюбленности, давлении взрослых, обидах на родителей, принятии ответственности и самоопределении, которое в 18 лет только начинается. Поэтому совсем не нужно спешить.

Сложно сказать, что определяет зрелость: готовность отвечать за поступки, смелость доверять миру, нажитый опыт или развитый эмоциональный интеллект? Но все эти качества формируются именно в подростковом возрасте — в потоке проб и ошибок.

Первый секс 16-летней умницы и острячки Джуно с лучшим другом-спортсменом оборачивается случайной беременностью. Героиня решает отдать ребенка на усыновление. Но все идет наперекосяк: брак с виду идеальной приемной семьи распадается, а Джуно запутывается в чувствах. Из житейского опыта героини, ее беготни из школы в кабинет акушера, от одного разговора о важном к другому, вырастает необычайно теплое и доброе кино-обезболивающее.

«Джуно» — дебют сценаристки Дьябло Коди, принесший ей первый и заслуженный «Оскар» за лучший сценарий. И правда сложно не отметить талант авторки в написании многогранных историй, где за каждым поворотом скрывается если не взрывная шутка, то пронзительное откровение. Коди говорит о переходном возрасте сущностно, без фальши, драмы и морализаторства. Обычно незапланированная беременность предстает поводом для тревог, предметом для осуждения или темой негативных реалити-шоу. Но у Коди беременность, помимо прочего, работает как метафора зарождения во взрослеющей героине нового человека, которым ей только предстоит стать. 

Серьезно травмированный тихоня Чарли поступает в старшую школу, где заводит дружбу с эксцентричным Патриком и невероятной Сэм. Насыщенный опыт наносит интровертному герою новые раны и бередит старые: в каждом ярком событии — от вспышки влюбленности и заветных поцелуев до прослушивания слезливых песен The Smiths — слышится эхо ужасного прошлого. Стивен Чбоски написал полубиографический янг-эдалт-роман «Хорошо быть тихоней» в 1999 году, а десятилетие спустя лично перенес его на экраны. В «Хорошо быть тихоней» отражается универсальный опыт боли, знакомый многим вдумчивым и рефлексирующим подросткам. Это кино осторожно поднимает неудобные вопросы самоопределения, сексуальной идентичности, аутоагрессии, вины, тяжелых травм и незащищенности детей в мире взрослых; размышляет и о том, что мало только любить, важно еще и уметь быть любимым.

Кристине 17 лет, и ей не терпится поскорее вылететь из фамильного гнезда. Она отчаянно противостоит властной матери, впутывается в неприятности, переживает первый сексуальный опыт. И лишь к финалу трансформирующей череды приключений понимает высокую цену, которую каждый взрослый однажды заплатил за зрелость. Мамблкорщица Грета Гервиг написала и сняла экспрессивное и взрывное кино, с точностью до нюансов отразив в нем эмоциональный мир, неуверенности и бунтарство девочек-подростков. Одержимая свободой героиня в последний момент понимает, что, убегая от одной клетки, попала в другую и совсем не знает себя. Однако в этом и заключается урок юности — отстраивать свою идентичность заново множества раз, чтобы найти прочный фундамент.

Пятеро разношерстных школьников — королева класса, мрачная чудачка, спортсмен, ботаник и хулиган — отбывают наказание в библиотеке. Всю субботу им предстоит сидеть под одной крышей и искать точки соприкосновения. Выясняется, что в каждом из героев таится море боли и переживаний — от страха не оправдать ожидания родителей и быть отвергнутым сверстниками до разъедающей изнутри агрессии и глубокого одиночества. «Клуб „Завтрак“» задал тон всем последующим подростковым фильмам, найдя баланс между веселой комедией и проницательной драмой. Все начинается с исследования противоречий, но постепенно герои преодолевают стереотипы, шаблоны и всякие социальные ограничения, что позволяет им поговорить по душам и быть наконец услышанными.