22 марта на ютьюб-канале Ксении Собчак вышел фильм «Разговор на свободе» о Викторе Мохове — скопинском маньяке, который три с половиной года удерживал в подвале двух несовершеннолетних девушек, используя их как секс-рабынь.
Видео вызвало негативные оценки журналистов и правозащитников, а некоторые сравнили его с работой журналистки Саши Сулим. Она два раза брала интервью у ангарского маньяка — Михаила Попкова, убившего около 80 женщин.
«Правмир» поговорил с Сашей Сулим о том, можно ли брать интервью у таких людей и как делать это корректно. Кратко пересказываем ее мысли по этому поводу.
Мой фильм — не про маньяка, а о том, как в городе происходили страшные события и кто им позволял так долго продолжаться. А работа Ксении — все-таки про маньяка: в ней мало жертвы и описания того ущерба, который Мохов своими действиями причинил. При этом там много деталей и фраз, которые не очень интересны.
Эта тема позволяет задавать любые вопросы — в случае с Попковым я это делала, и все его ответы вошли в финальный монтаж. Однако здесь на первом месте стоит вопрос оптики, под которой рассматривается конкретная ситуация.
У Ксении есть свой стиль общения, он остается неизменным даже в разговоре с Моховым. Однако некоторые вопросы, которые она ему задает и потом показывает это зрителям, по-моему, не являются общественно важными.
Единого подхода или алгоритма при работе над такими историями у меня нет. Но какой бы тема ни была, ключевым моментом остается то, что я подхожу ко всему как журналист. А это значит, что, даже если сложно, нужно оставаться нейтральным, не пытаться транслировать свое отношение напрямую, а выражать через правильные вопросы. И уже ответы собеседников показывают и дополняют историю. Но для этого нужно чутье.
Долг журналиста — подавать историю таким образом, чтобы показывать некую тенденцию. Это поможет избежать неправильных вопросов и шквала критики в сети.
Допустимо ли брать интервью у маньяка? Если выбирать между «да» и «нет», отвечу — первое. И это вопрос не этики, а журналистских реалий. Когда тема суперактуальная, то не говорить о ней специально — странно. Поэтому, на мой взгляд, журналисты обязаны эти темы поднимать, но ключевым моментом остается вопрос, под каким углом.
Виктор Мохов вышел на свободу из исправительной колонии в Саратове 3 марта. В сентябре 2000 года мужчина похитил двух несовершеннолетних девушек и закрыл в подвале своего дома. Он удерживал 14-летнюю Екатерину Мартынову и 17-летнюю Елену Самохину три года и семь месяцев, используя их как секс-рабынь.
После выхода фильма Собчак депутат Госдумы от «Единой России» Оксана Пушкина попросила Генпрокуратуру и ФСИН проверить слова скопинского маньяка из интервью. В нем он заявил о готовности «опять заняться» одной из своих жертв. Также он добавил, что хочет «помочь» Елене Самохиной зачать детей и до сих пор любит Екатерину Мартынову.
23 марта глава Следственного комитета России Александр Бастрыкин поручил провести проверку из‑за высказываний Мохова. В сообщении ведомства говорилось, что после выхода интервью журналисты и общественники обратили внимание «на возможное приготовление нового преступления с его стороны».
24 марта Екатерина Мартынова заявила, что напишет заявление о возбуждении уголовного дела на насильника. Она уверена, что скопинский маньяк должен оставаться за решеткой, а угрозы во время его интервью должны стать основанием для повторного ареста.