К концу 2024 года полиция Нью-Йорка полностью зашифрует свои радиочастоты, которые были доступны любому желающему на протяжении почти ста лет. Для журналистов и местных жителей переговоры полицейских служили надежным источником информации о происходящем в одном из самых хаотичных городов мира.
Вспомните главных героев фильмов «Драйв» и «Стрингер». В первом безымянный водитель (Райан Гослинг) слушал переговоры полицейских по рации, пока его клиенты грабили банк, а во втором — внештатный репортер Луис Блум (Джейк Джилленхол) с помощью их первым приезжал на место преступления, записывал все на камеру и продавал кадры местным телеканалам. В Лос-Анджелесе, где разворачивается место действия, переговоры полицейских еще можно послушать, но в некоторых районах Нью-Йорка — уже нет.
На зашифровку власти Нью-Йорка потратят сотни миллионов долларов, вместо переговоров граждане будут слышать белый шум. В разговоре с The Guardian несколько журналистов и местный житель погрустили из‑за нововведений и рассказали, как подслушивали служителей порядка.
Фотожурналист Тодд Мейзел взялся за камеру и надел бронежилет в 1980-х, когда уровень преступности зашкаливал. За день он приезжал на семь или девять мест преступлений, прослушивая переговоры полицейских, и продавал снимки бруклинским еженедельникам. Инфлюэнсер рассказал, как снимал неуравновешенного человека, взявшего заложника, и ограбление винного магазина двумя парнями с оружием.
«Когда я приехал, все полицейские были снаружи со стволами наготове. Поэтому я зашел в соседний магазин, присел на корточки и достал зеркало, чтобы незаметно смотреть в окно. По рации я услышал, как копы говорят: „Он выходит, он выходит“. Я вскочил и сфотографировал — это один из моих лучших снимков», — вспомнил Мейзел (здесь можно увидеть это фото).
Шифрование переговоров Мейзел назвал предательством и нарушением принципа сдержек и противовесов. Он упомянул случай, когда репортер, услышав неладное в переговорах, выехал на место убийства Эрика Гарнера и заснял случившееся, после чего появилось движение Black Lives Matter. «Они также совершают множество проступков», — пояснил он. В этом году власти Нью-Йорка получили более 4200 жалоб на неправомерное поведение полицейских.
«Я тот, кого называют ночным охотником или стрингером. Я не сплю всю ночь, слушая переговоры по радио на предмет очень конкретных вещей: пожаров, преступлений и автокатастроф. Я мчусь, снимаю место, опрашиваю свидетелей, а затем продаю отснятый материал новостным станциям, онлайн-изданиям и прессе. Насколько это заслуживает внимания, зависит от того, получил ли кто‑то травмы, погиб ли, или случилось нечто необычное. Последние шесть лет я занимаюсь этим», — описал свою работу 38-летний Адам Балхетчет.
Например, в один день он застал две перестрелки и три аварии, в том числе смертельные, и записал все на камеру. Двух пострадавших стрингер погрузил на носилках в машины скорой помощи, где когда‑то работал сам, но ушел из‑за невысокой зарплаты. «Вот так бегать от места [трагедии] к месту — это выброс адреналина», — поделился он.
Балхетчет посетовал, что шифрование полицейских радиочастот замедляет время реагирования, поэтому к моменту его прибытия жертв, подозреваемых и свидетелей может уже не оказаться рядом, а телеканалы не хотят покупать кадры без них. В качестве подработки он рассматривает съемку свадеб и роликов для бизнеса — это более прибыльно и менее опасно. «У меня есть жена и годовалый ребенок. Я не могу быть стрингером вечно. Я бы хотел снова жить нормальной дневной жизнью», — признался ночной охотник.
64-летний любитель экстренной радиосвязи Нью-Йорка Чарльз Харгроув слушал полицейских с восьмого класса. По его словам, обыватели занимаются этим, потому что хотят знать о происходящем вокруг, и новости о блокировке радиочастот их расстраивают. «Если правительство не доверяет обычному человеку настолько, что не хочет держать его в курсе событий, то почему обычный человек должен [доверять ему]? Если мы собираемся помогать друг другу, мы должны быть на одной волне. Это высокомерный подход: „Мы правительство, вы батраки“», — сказал он.
Полиция Нью-Йорка, в свою очередь, поясняет, что ограничения нужны для борьбы с «плохими парнями», которые по радио получают план по их задержанию. Мэр Нью-Йорка, экс-полицейский Эрик Адамс поддержал шифрование, на которое, по примерным оценкам, потратят несколько миллионов долларов. Бывший полицейский репортер The New York Post Дэвид Энг считает, что раньше между полицией и обществом «существовало определенное чувство товарищества», в отличие от сегодняшнего дня, и не согласен, что блокировка частот происходит ради сокрытия чего‑либо. «Плохие парни тоже становятся умнее», — добавил он.
