Чат-бот ChatGPT на основе большой языковой модели нашел применение во многих областях: студенты с помощью него пишут дипломы, программисты — код, соискатели вакансий — резюме. Но если одним технология помогает, других — вводит в заблуждение. Японские университеты выступают против использования чат-бота, указывая, что студентам стоит писать работы самостоятельно. Работодатели жалуются, что сгенерированные резюме мешают найти им подходящего сотрудника, а ВОЗ предупреждает об опасности использования чат-бота в медицине.
Причина всегда одна — сгенерированные ChatGPT тексты могут звучать очень убедительно, но не иметь никакого отношения к действительности. Это обстоятельство и подвело адвоката из Нью-Йорка Стивена Шварца, юриста фирмы Levidow, Levidow & Oberman с 30-летним стажем (а заодно и принесло ему всемирную известность — о его кейсе написала газета The New York Times).
Шварц вел дело человека по имени Роберто Мата, который подал в суд на авиакомпанию Avianca. Мужчина пожаловался, что во время полета из Сальвадора в Нью-Йорк сотрудник авиаперевозчика ударил его по колену металлической тележкой с едой и напитками. Инцидент произошел в 2019 году, и защита Avianca попросила федерального судью Манхэттена закрыть дело за истечением срока давности.
Адвокаты Маты возразили — и подкрепили свою позицию 10-страничным отчетом со ссылкой на полдюжины судебных решений по аналогичным делам: «Мартинес против Delta Air Lines», «Цикерман против Korean Air Lines», «Варгезе против China Southern Airlines» и другим. Также в отчете обосновывалось, почему закрывать такие дела по истечении срока давности плохо для судебной системы.
Вскоре адвокаты Avianca заявили судье, что им не удалось найти ни одного из дел, упомянутых в отчете. В базах нет ни названий этих дел, ни цитат из них, ни других дел, имеющих хоть какое‑то сходство с указанными. Один из защитников авиакомпании заявил, что его фирма Condon & Forsyth специализируется на авиационном праве, и ее юристы пришли к выводу, что все эти дела фейковые. По его словам, фирма подозревает, что тут может быть замешан чат-бот.
Судья решил проверить сам — и действительно, номера досье, указанные в отчете адвокатов Маты, были связаны совсем с другими делами, а внутренние ссылки и цитаты оказались вымышленными.
Тогда от Шварца потребовали объяснений. Под присягой адвокат сказал, что консультировался с ChatGPT, «чтобы дополнить» собственную работу. Во время таких консультаций чат-бот процитировал ему шесть несуществующих случаев.
В свое оправдание адвокат заявил, что у него не было намерения обмануть суд или авиакомпанию. Он сказал, что раньше никогда не использовал ChatGPT, и поэтому не знал, что его ответы могут быть ложными. Шварц «очень сожалеет», что полагался на программу, «и больше никогда не будет этого делать, не убедившись в подлинности информации».
Теперь адвокату самому грозят санкции — 8 июня назначено заседание по его делу. Судья назвал ситуацию беспрецедентной, указав, что толкование правовой позиции содержит ложные ссылки и цитаты.
OpenAI предупреждала, что даже последняя версия их языковой модели GPT-4 продолжает генерировать выдуманные ответы. Однако, по их заверениям, делает она это на 40% реже, чем ближайшая предшественница GPT-3,5. Кроме того, она может совершать простые логические ошибки, даже в областях, где считается достаточно компетентной (есть и множество полезных вещей, на которые GPT-4 способна, подробнее об этом здесь).
В адвокатском сообществе дело Шварца получило широкий резонанс — юристы обсуждают ценности и опасности ИИ, а также необходимость проверки любой информации, которую технология предоставляет. «Сейчас в барах обсуждается, как избежать того, что описывает именно этот случай», — сказал профессор юридической этики в Школе права Нью-Йоркского университета Стивен Гиллерс. The New York Times приходит к выводу, что кейс Шварца показывает: «у белых воротничков есть по крайней мере немного времени, прежде чем роботы возьмут верх».
