София Коппола в своей новой картине «Присцилла: Элвис и я» не стремилась показать Элвиса Пресли злодеем. Об этом режиссерка рассказала в интервью Дмитрию Елагину для «Сноба».
В центр ее фильма помещена история отношений «короля рок-н-ролла» и Присциллы Болье, 14-летней девушки, позже ставшей женой музыканта и написавшей автобиографию об их совместной жизни. По сюжету она становится затворницей в поместье артиста, сталкивается с его зависимостью от наркотиков и изменами, психологическим и физическим насилием со стороны мужа. Роли семейной пары играют Кейли Спэни и Джейкоб Элорди.
«Да, он совершал плохие вещи, но я не хотела превращать Элвиса в злодея. Старалась не судить моих героев, а прочувствовать их как можно глубже, относиться к ним как к реальным людям», — объясняет свое видение Коппола. Она также отметила, что была удивлена, когда во время подготовки к съемкам Болье написала ей письмо с просьбой не демонизировать бывшего мужа.
«Мне хотелось показать, в какой ужас может превратиться невинная девичья фантазия. Реальность оказалась совсем [не похожа на сказку]. Травмированной абьюзивными отношениями Присцилле уже после разрыва пришлось искать свою идентичность, а во взрослом возрасте это тяжелее сделать», — делится кинематографистка.
Рассказывая о съемках сцен насилия со стороны Пресли, Коппола подчеркивает, что не хотела заставлять Спэни переживать тяжелые эмоции слишком долго.
«У нас был координатор интимных сцен, который обычно нужен при съемке секса. В нашем случае он обговаривал с Кейли сцену, когда в нее Джейкоб кидает стул. Это было сложно снимать еще и с психологической точки зрения: после угрозы насилия Присцилла идет собирать вещи и рыдает, я не хотела много раз заставлять актрису переживать тяжелые эмоции. Поэтому мы сняли мало кадров», — вспоминает режиссерка.
Также она считает, что поклонников зачастую шокируют неприятные факты биографии артиста, потому что они не относятся к нему как к реальному человеку. Впрочем, в полной версии интервью Коппола также обсуждает историю женской эмансипации, сложности работы над настолько личной драмой, сравнение с «Элвисом» База Лурманна и «Барби» Греты Гервиг.